Красавица и Чудовище

Страницы пожелтели от времени, а язык был архаичным и трудным для понимания."

"Странно, но мне нравилось находиться в этой библиотеке. Я будто вернулась в прошлое. В любой момент дверь откроется, и войдут мужчина или женщина, одетые по моде прошлых времен. К своему удивлению, я нашла старинную книгу с множеством иллюстраций о выращивании экзотических растений в холодном климате. Я бы с удовольствием осталась в библиотеке и почитала книгу там, но камин не горел, и было слишком холодно.

Я вернулась в просторную гостиную, выходившую окнами на подъездную дорожку. Стены были выкрашены в солнечно-желтый цвет, а в изысканном мраморном камине горел огонь. Я свернулась калачиком на диване рядом и открыла «Бесстрашного садовника» Сэмюэля Дж. Сноудена.

Луку не ждали к ужину, поэтому я поела в одиночестве в большой столовой. Без него мне было странно и одиноко. Звуки столовых приборов эхом отдавались вокруг. Я задавалась вопросом: где он, думает ли обо мне. «Конечно, нет», — насмешливо произнес тихий голосок. Я знала, что голос был прав. Я — всего лишь игрушка для неприлично богатого мужчины. Тот факт, что он даже не потрудился появиться на вторую ночь, сказал мне все, что требовалось. Он не так отчаянно нуждался в моем теле, как я в его.

Когда я понесла графин с ежевичным вином и бокал с собой в солнечную гостиную, в которой провела вечер, мадам Миттеран посмотрела на меня с неодобрением, но ничего не сказала. Я устроилась рядом с камином и приготовилась ждать Луку. Решила, что будет легче услышать о его прибытии отсюда, чем если бы я осталась в своей комнате. Я не хотела, чтобы он тайно вернулся и так же ушел, ничего не узнав про меня.

Но после второго бокала ягодного вина я почувствовала сонливость и легкое опьянение. Не помогло и то, что я сидела в, вероятно, самой уютной комнате, известной человеку. Не желая уснуть, я встала и вышла в фойе. Несмотря на многочисленную охрану поместья, вокруг никого не было, стояла жуткая тишина, и я еще раз отметила, каким холодным и одиноким казался дом. Моя комната была оформлена в теплых тонах, и этого было достаточно, чтобы подавить это чувство, но находиться там, где нет ничего, кроме бесконечно высоких потолков и широких известняковых ступеней, было слишком зловеще.

Решив смочить пересохшее горло, я отправилась на поиски воды. Я нашла дорогу на кухню; место, куда я никогда бы не рискнула сунуться и наткнуться на пристальный взгляд мадам Миттеран. Я нащупала выключатель, и когда свет залил пространство, увидела, что оно такое же великолепное, как и весь дом, — с гранитными столешницами и блестящими хромированными бытовыми приборами.

Я открыла дверцы огромного холодильника и увидела несколько бутылок воды. Откупорив одну, поднесла ко рту.