Красная Шапочка для Волковых

Такая дико сексуальная и одновременно невинная! Даже после всего разврата, который мы с братом творили с ней, она для меня навсегда останется чистой, скромной малышкой, что так дрожала от наших прикосновений в купе поезда…

Как оказалось, она никогда нам не врала. И если бы тогда, в нашу первую встречу, я смог отбросить свои дебильные предрассудки и сразу поверил ей, её бы не похитил этот козёл Хрюнин! Ей бы не пришлось бояться. Потому что мы бы разобрались с этим жирным ублюдком сразу, не дожидаясь, пока Шапочка сбежит от нас.

А ещё… я бы постарался сделать её первый раз более нежным и ласковым… Положил бы её на красивую кровать, в самом дорогом номере отеля. Долго бы ласкал её тело, доводя до грани. Собственно… так, как я делаю это прямо сейчас.

Ведь сейчас мне хочется, чтобы мои ласки были не наказанием, а, наоборот, поощрением. Хочется подарить ей всё удовольствие мира. Всю свою страсть!

Глажу её живот, а потом спускаюсь пальцами ниже, замирая у неё внутри.

Рома пристраивается рядом, целует её плечи, шею…

Лика сладко стонет и привлекает брата к себе, а другой рукой сжимает мою задницу. По спине проходит электрический ток. Ну надо же! Малышка хочет продолжения?

— Хочешь кончить ещё раз?

Поворачиваю её на бок и опускаюсь рядом на кровать.

От дикого желания снова подвигаться в узкой киске сводит яйца. Но я как изощрённый мазохист всё откладываю это удовольствие.

Дразню языком её сосок, слегка прикусываю…

— Да… — выдыхает блаженно.

Лика выгибается в пояснице. Такая тонкая, изящная… Льнёт ко мне грудью, а попкой сжимается в пах брата.

Ммм… она ведь понимает, что так дразнить голодных Волковых нельзя? Обязательно будут последствия…

Делаю движение бёдрами и выбиваю из неё стон. Мне нравится, какой послушной и отзывчивой она становится в наших руках.

Рома тоже не теряется.

— Оближи, — требовательно просовывает указательный палец между пухлых губок малышки и слегка двигает им в её приоткрытом рту."

"Сейчас Шапочка так расслаблена, что, кажется, ни на что не ответит нам отказом.

Через несколько секунд Рома вынимает покрытый слюной палец из её рта и опускает руку ближе к её ягодицам.

— Ой! – глаза Лики распахиваются. – Ой… — снова повторяет, явно удивлённая тем, что делает с ней брат.

Я снова двигаюсь в сочащейся смазкой дырочке. Лика стонет в ответ, взволнованно дёргается.

— Ром, ты чего… — шепчет, напрягаясь. – Туда?

— Да, крошка, именно туда! – шепчет брат её на ушко. — Ты будешь кайфовать, когда мы оба будем трахать тебя. Одновременно…

Кажется, смысл его действий доходит до неё только в этом момент.

— Не надо… — сглатывает нервно и снова пытается дёрнуться. Но это бесполезно. Потому что маленькая Шапочка надёжно зажата между нашими телами.