Летные дневники
Ершов Василий Васильевич – профессиональный пилот гражданской авиации, пилот-инструктор Ту-154. Стаж летной работы 35 лет, налетал 19300 часов. После ухода с летной работы в 2002 году работал 6 лет в авиакомпании «Сибавиатранс». С 2008 года пенсионер.В 2003-2007 г.г. Василий Ершов написал трилогию «Ездовой пес Неба» («Раздумья, Рассказы и Откровения ездового пса»), в которой раскрыл видение мира летчиком через окно пилотской кабины, познание себя через познание машины, подробно описал «кухню» летной работы и жизнь российского пилота в период с 1967 по 2002 год. Трилогия издавалась на средства спонсоров, затем издательством «Эксмо» (под коммерческими названиями «Аэропорт 2008», «Аэромания», «Самолетопад»); также в издательстве «Эксмо» вышла книга для пассажиров «Аэрофобия». Основой для написания книг послужили летные дневники, которые автор вел в течение 18 лет.
И тут же: «запись некачественная, трудно разобрать…» Я видел тот лентопротяжный механизм – только в земле испачкался, и уже: «некачественная запись, плохо сохранилась…»
Исключены две версии: теракт и пожар на борту. И – самолет падал вертикально, чуть с левым креном.
Я вообще представить не могу, как это: летящий на кругу самолет вдруг теряет скорость с 400 почти до нуля и падает вертикально. Странно все это.
Даже если бы он свалился в штопор, то упал бы носом вниз."
"6.07. По катастрофе: отметаются все версии по отказам, пожарам и пр. И плавно подходишь к мысли: человеческий фактор.
Все расшифровано. Двигатели не отказали. Топливо было. Погода на 3-м развороте роли не играла. Никаких трех заходов не было – журналюги как всегда перепутали третий заход с третьим разворотом на кругу. Но, видать, причина настолько ошарашивающая, что тянут время до понедельника, чтобы выдумать что-либо правдоподобное… вроде тех хитромудростей с топливной системой южно-сахалинского Ту-154, который сбили под Хабаровском.
Ну, правильно: Клебанов официально заявил, что осталась единственная версия… но чтобы заявить о причинах, надо уточнить…
Вот-вот: надо уточнить, как врать.
Продумывая варианты развития событий при полете по кругу, я могу предположить только одно: что самый опасный этап, касающийся запаса продольной устойчивости, это как раз район 3-го разворота. «Эмка» очень чувствительна к потере скорости на кругу с чистым крылом. Момент после выпуска шасси перед началом выпуска закрылков, да еще летом, да с большой посадочной массой (а у них официально было около 77 тонн), опасен исключительно малым, мизерным запасом по углу атаки, где-то всего около одного градуса до срабатывания АУАСП.
Я, пролетав на «Ту» 20 лет, стал опасаться этого момента лишь в последние годы, когда к нам поступили «эмки». Пример тому – полет с Колей в Мирный. На «бешках» запас гораздо больший.
Что говорить тогда о капитане, всю жизнь пролетавшем на Як-40, которому всего лишь три года назад доверили «Ту».
Погода была исключительно хорошей. Двигатели работали до самого столкновения с землей.
Может, выпускали интерцепторы да забыли их убрать?
Если произошло сваливание на малой скорости, надо отдать штурвал от себя. Но если это произошло на малой высоте… просто не хватит высоты вывести. Не хватит ни высоты, ни нервов – и будут драть на себя рефлекторно.
Скорее всего, таки произошло сваливание.
Уже и по ящику прозвучало: скорее всего, ошибка экипажа.
Опять из-за одного… слабого пилота нас всех задолбают разборами и занятиями.
8.07. Рейс на Читу получился не совсем удачным.

















