Любовь и опасность

А я десять лет провела в королевской детской вместе с ней, милорд, прежде чем вернуться в Стентон. Он подошел еще ближе.

– Ты говоришь правду, Адэр, или сочиняешь сказки? Адэр гордо выпрямилась и взглянула ему в глаза.

– Я не привыкла сочинять, милорд. Шесть первых лет моей жизни я знала только одного отца: Джона Радклиффа, графа Стентона. Когда на дом напали сторонники Ланкастеров, моих родителей убили. Мне и моей нянюшке Элсбет удалось бежать. Только тогда я узнала, что мой настоящий отец – король Эдуард. Графский титул перешел ко мне. Я была графиней Стентон в своем собственном праве.

Оба моих мужа благодаря мне получили этот титул. Эндрю, мой второй муж, как я уже говорила, был убит вместе с королем Ричардом. Я вовсе не думаю лгать – это не в моем характере, милорд. – На глазах ее выступили слезы, но она не отвела взгляда, даже когда прозрачная капелька покатилась по щеке.

Конал снял слезу кончиком пальца.

– У тебя глаза как мокрые фиалки, – хрипло выговорил он, отчетливо сознавая, что впервые в жизни встретил такую необыкновенную женщину. Такую отважную и гордую, что сердце ноет при виде ее тоски.

Но он просто не может отвернуться первым.

Адэр сглотнула застрявший в горле колючий комок.

– Пойду скажу Элсбет, что вы вернулись, милорд, – голосом вымолвила она. Нет, не станет она плакать перед ним. Никогда. Ни за что! – Она повернулась, чтобы уйти, но Конал положил руку ей на плечо. Адэр застыла. – Прошу вас, милорд, я должна вернуться на кухню, – пробормотала она не оборачиваясь.

– Ты знаешь, что я тебя хочу, – твердо сказал он. Адэр безмолвно покачала головой.

– Увидев тебя среди пленников, я поразился.

Ты не была похожа на этих забитых бедняг. Твой мятежный взгляд выделял тебя из толпы. Словно свет во тьме, он манил меня, и я последовал за ним. Наверное, я последний глупец, потому что поддался твоим чарам. Твоя красота и сила духа не принесут ничего, кроме неприятностей, а я человек, больше всего на свете любящий мир и покой.

Адэр круто развернулась.

– Тогда отпусти меня! Помоги мне и Элсбет вернуться в Стентон!

– Нет! – яростно прошипел Конал, схватив ее в объятия. – Я никогда не отпущу тебя, Адэр! Ты моя, и рано или поздно я возьму тебя!

И он завладел ее губами в страстном поцелуе.

Его губы обжигали. Завораживали. Требовали. Ее сердце. Ее душу. Ее тело.

На какое-то кратчайшее мгновение Адэр уже была готова отдаться поцелую. Он возбуждал ее, искушал обещанием чего-то чудесного. Губы ее смягчились под его губами, но некий внутренний голос тут же окликнул ее. Остерег. Этот человек опасен. Она потеряет себя, если ляжет с ним в постель.

Пришлось едва ли не с силой отстраниться от него.