Любовь и опасность

 – Слава Богу, что нашим маленьким флотом управляет сэр Эндрю Вудз! Хотя для меня остается тайной, зачем вообще Шотландии флот! – Он подмигнул Адэр, что заставило Конала мгновенно помрачнеть, а его жена едва сдержала смех.

– Как ты добр, Херкьюлез, что приехал и рассказал нам новости! – воскликнула она.

– Я рад передать вам все, что знаю, но кроме того, еще и привез приглашение. Поскольку официально Шотландия находится в трауре по прежнему королю, в Стерлинге не собираются праздновать Рождество, но мой брат, как новый граф Босуэлл, примет у себя короля и пригласил вас к себе на Новый год. Народу соберется мало, только старые друзья.

Конал пожал плечами:

– Не знаю, сможем ли мы принять приглашение графа.

– Король лично просил, чтобы его прелестная английская кузина приехала в Хейлз, – спокойно объявил Херкьюлез. – Замок невелик, но там соберутся не только мужчины, но и дамы тоже.

– Милорд, – осторожно начала Адэр, положив маленькую ручку на плечо мужа, – граф оказывает нам честь. Пожалуйста, не могли бы мы поехать? Мне так хочется немного развлечься.

Хепберн едва сдержал улыбку. Госпожа Клайта славилась своим умом, и муж был совершенно ею очарован. Но говорили также, что англичанка росла при королевском дворе и знает обычаи и привычки сильных мира сего, а следовательно, несмотря на упрямство мужа, настоит на своем и отправится в Хейлз на Новый год. Она не упустит возможности войти в милость к королю и графу Босуэллу ради блага мужа и клана Брюсов.

– А если ты носишь ребенка? – проворчал муж.

– Я не ношу ребенка, – бесстрастно ответила Адэр.

– Но сейчас только конец лета. К декабрю ты вполне успеешь забеременеть, – настаивал лэрд. – Вы уже потеряли одно дитя, мадам. Хотите потерять второе?

– Если я и забеременею, мы всегда сможем передумать и остаться дома, но до Хейлза всего день пути. Мой отказ никого не оскорбит. Однако, конечно, решать должен ты, как лэрд Клайта, а я всего лишь твоя жена. Все же ты порадуешь меня, если передашь с Херкьюлезом, что мы приедем, – нежно улыбнулась Адэр.

Хепберн искренне веселился, наблюдая смену эмоций на лице лэрда. Тот хотел быть хозяином в собственном доме и одновременно сделать жену счастливой. А она, вне всякого сомнения, давала ему всяческую возможность сохранить достоинство. Не говорила от имени мужа, как сделали бы большинство женщин, не упрекала в глупости, не принимала предложение самостоятельно. Не рыдала, не капризничала, не топала ногами, не обвиняла в желании досадить ей, а вместо этого искусно вела его к решению, которое подсказывала сама. Херкьюлез подумал, что госпожа Клайта – женщина поразительная, и найти такую жену – величайшая удача для любого мужчины.