Лютая охота
Изощренный и мрачный триллер от одного из самых популярных во Франции писателей. Книги из серии о Мартене Сервасе переведены более чем на 20 языков, а компания Netflix недавно сняла по ней сериал. Есть тьма, которую не сможет рассеять ни одно солнце… «Что за черт! Гребаный олень!» Величавые рога в свете фар. Почти человеческие глаза. Страшное столкновение. Но куда страшнее другое – глаза и правда не оленьи. Машина сбила не животное. А человека. С рогами… Его гнали по лесу, как дичь. Для него соорудили жуткую маску из настоящей оленьей головы. Маску, которую невозможно снять. Ему поставили клеймо: выжгли на груди слово «правосудие». Чья извращенная фантазия породила этот невероятный гибрид казни и развлечения? И какое правосудие имеет в виду тот, кто сотворил такое? Это должен выяснить тулузский следователь Марсель Сервас. И ему придется поставить на кон свою жизнь и жизни близких… «Миньер – это огромный талант рассказчика и умение вселить в душу читателя страх; не хуже, чем у Стивена Кинга в его лучших романах». – Daily Mail «Новый король триллера». – El País «Миньер выдает прозу мрачную и острую. И такую густую, что пока читаешь, в ней вязнут пальцы». – Spectator «Романы Миньера ценятся за блестящую интригу и за ту откровенность, с которой он говорит о современном обществе». – Provence
Его подвели к лесному ручью, шумевшему между деревьями. Дождь к тому времени полил с утроенной силой, и ручей превратился в широкую канаву с грязной водой. Вдруг его схватили, приподняли над землей и прижали к толстому дереву на другой стороне ручья. Он почувствовал, как руки ему прикручивают к стволу.
– Что вы делаете? – сказал он, пока еще даже не пытаясь сопротивляться: все они были его собратья по оружию, а главное – их вел старший по званию офицер.
Он запаниковал, только когда ему расстегнули ремень, спустили брюки и трусы до колен и расстегнули рубашку.
– Эй, что вы делаете?!
В крике голос его перешел на визг, и сразу стало ясно, что ему очень страшно.
– Помнишь того мальчика, что ты изнасиловал? – спросил синеглазый полковник.
Парень с трудом выдержал его горящий взгляд.
– Никого я не насиловал… Мальчишка был совсем голодный… И я дал ему поесть.
Теперь его начала бить дрожь. Дождь барабанил ему по бедрам и ручейком стекал с пениса."
"– Каждый месяц в этом районе совершаются тысячи изнасилований и убийств, – флегматично проговорил синеглазый.
Полковник с отвращением сплюнул на грязную землю:
– Творя все эти мерзости, ты осквернил дело, ради которого мои ребята рисковали жизнью, ничтожный грязный говнюк. Не говоря уже о матери мальчика… Ты знал, что один из его братьев умер от болотной лихорадки и другой тоже заразился?
– Я очень сожалею, очень…
Татуированный солдат зарыдал.
– Заткнись, – сказал синеглазый. – Веди себя как мужчина, черт тебя побери. Перестань скулить, как ребенок. Борис… – прибавил он.
Тот, кого назвали Борисом, запустил руку в джутовый мешок, в котором что-то шевелилось и брыкалось. Глаза солдата расширились от ужаса, когда из мешка показалась змея.
– Нет, ни за что! Только не это!
Змея в длину была не больше сорока сантиметров. Ее круглое тело цвета зеленых листьев, покрытое небольшими чешуйками, на брюхе отдавало желтизной и было чуть светлее, а на боках виднелись черные пятна, которые складывались в поперечные полосы.
Она отчаянно извивалась, зажатая в кулаке у Бориса. На треугольной голове блестели маленькие живые глазки с продольными зрачками. Борис посильнее сжал горло змейки, и рот ее широко раскрылся, обнажив загнутый внутрь зуб.
– Она еще молодая, – сказал офицер, – но ее укус может быть смертелен. Самый наглядный его эффект – мгновенное свертывание крови. Яд вызывает некрозы и гангрены, которые могут оказать губительное действие.

















