Малец

Степан прикинул, опять малец прав, в их услугах на сегодня никто не нуждался.

— Так и сгинуть не долго, — проворчал Остап, — остается службу забросить да «на землю садиться». Даже вон, горельцы, и те лучше живут. — При этом он покосился на Ваську, который с удобством устроился на мешках с овсом, по-хозяйски обозревая торг. Странно было, что при этом торговец овса не обращал на нахала ровным счетом никакого внимания, вроде как так и должно быть.

— Это завсегда можно, — хмыкнул Степан, — только кроме службы мы ни к чему не приспособлены, в обучение как мальцам придется идти.

Слышь, Васька, возьмешь нас в ученики?

Подросток, в задумчивости почесал нос, будто всерьез принял вопрос казака:

— Не, не получится ничего, — наконец ответил он, — в обучении нужно подзатыльники в случае нерадения раздавать, а вам разве выдашь? Сразу за плетку схватитесь, да про урон чести талдычить начнете.

Казаки расхохотались — ну, да, так оно и есть. Да и какие из казаков ученики, отучились свое.

— Тогда на службу принимай, раз выучить не можешь, — продолжил веселиться Степан, — будем под твоей рукой службу справлять.

— Запросто, — тоже оскалился малец, — только над вами потом вся округа потешаться станет, мол, у дурачка Васьки на службе.

— Так если за службу деньгой получать, еще неизвестно, кто над кем потешаться будет. — В ответ хмыкнул казак.

— И что, на самом деле пойдешь? — Прищурился подросток.

— Да запросто, — сделал серьезное лицо Степан, — десять рублей и по рукам.

— Десять? — Удивился малец. — Не, по восемь гривен за месяц это много, даже купцы вдвое меньше при караване платят. На два гривенника еще можно сговориться.

Веселья ради, Степан продолжил торговаться, но в конечном итоге удалось поднять цену только до трех гривенников за месяц.

— Значит за три гривенника ты Степан Тропин готов наняться на службу Ваське сыну Алексея Дежнева? — Подвел итог торга подросток.

— Готов, готов, — вздохнул Степан, жалея, что веселье подошло к концу.

— Тогда договор, — вдруг сказал подросток и, под вытянувшиеся лица казаков, вытащил кошель, — вот задаток в два алтына. — И монеты перекочевали в руку ошарашенного казака.

— Эй, — встрепенулся Алексашка Кривой, — а еще одного возьмешь?"

"— Еще? — Подросток принялся чесать затылок.

 — Так вроде не надобно, мне и одного казака много. Хотя…, конечно… Нет, там только на раз, самое большое на две седмицы, за гривенник, да и не служивый нужен, любой со слободки подойдет, а оплата по концу.

— А чего делать-то?

— Весла ворочать, кайлом махать, да иногда на ночь стать.

— Так, согласный я, — торопливо заявил казак.

— Раз согласен. Договор?

Последним сговорился Остап, за компанию.