Малец

И вообще, я набрал всего, что может хоть как-то понадобиться для ремонта в пути, даже дополнительный котел взял, а то слышал я, как бывали проблемы с котлами на пароходах.

— Хорошо корабль идет, — порадовался помор, — кабы у нас такие были, так печали не знали.

— Он хорошо идет пока дров да угля полный трюм, — возразил я ему, — а без этого хуже плота управляется.

— Ничего не хуже, — покачал головой Михайло, — под парусом даже шибче малого коча будет.

Шибче? Что-то путает морской волк. Или нет? Возможно из-за того что малый коч значительно короче, он плохо управляется парусом при боковом ветре. А и ладно, чего голову забивать, у нас другая задача.

По мере испытаний определился с расходом дров и угля и…, прослезился. С таким расходом добраться даже по течению до устья Енисея нам не светит. И что делать? А делать придется вот что, цеплять на буксир баржу груженную полностью углем и вперед вниз по реке, только как пороги проходить, когда мы их и без баржи пройти не сможем. Придется рисковать, сильно рисковать. А если не повезет, придется идти в Красноярск и оттуда уже сухопутным путем пилить до Москвы два месяца."

"Середина июля, пора. Мы прицепили груженую баржу на жесткую сцепку, жесткая это когда корма тягача и нос баржи соединяется треугольником посредством двух огромных бревен с двумя шарнирным соединениями на концах, чтобы в случае чего баржа не «догнала» свой буксир. Еще должен отметить, что нам неслыханно повезло, конец июня и начало июля в Сибирь пришел огромный циклон, дождь не переставая лил две недели, реки сильно вспухли, а Иркут разлился до того, что его вода перехлестнула русло в районе впадения в Ангару и прямо в этот момент пробивала себе новый путь, промывая протоку.

— По такой воде, даст Бог, пройдем пороги с баржой, — выдал мне Михайло.

Да я и сам вижу, даже в районе Иркутска Ангара вспухла, а что будет ниже по течению?

Эх жаль, что у нас ревуна нет, а то сейчас выдали бы на всю округу, а то спят сурки, не ведают, что история творится, почитай на два века раньше пароход по Ангаре запустили. Но ничего, зато рында есть, отвел душу. Так и отправились поутру без толп народа на берегу и бросания шапок, буднично как-то, серенько.

Шли по течению на самом экономичном ходе, экономя дрова, уголь у нас пойдет уже ближе к северным морям. И все равно братский острог открылся нам к концу второго дня, для этого времени рекорд скорости, даже Савелов когда удирал от казаков, дошел до него лишь на третий день. А получилось у нас так быстро от того, что мы не тратили времени на ночные остановки, как только смеркалось, я становился у руля, на носу зажигали карбидный прожектор и вперед. Мне прожектор был не нужен, он больше мешал, чем помогал, но для сохранения нервов всего экипажа приходилось терпеть.