Малец

До иркутских земель добрались только к концу августа, однако сам город посмотреть не дали, перед рекой Иркут караван разделили, часть отправилась выше по течению реки, чтобы где-то там основать деревню, а других переправили на другую сторону, провели вдоль реки Каи, и дальше дорогой по левой стороне Ангары.

— Вот здесь и будете жить, — сообщил казак переселенцам, остановив всех при въезде на улицу с недавно построенными домами, — место здесь землей богатое, на всех хватит.

Дабы не было никому обидно, дома распределяли по жребию и Митяю достался дом третий от края, в самый раз, как он бы и хотел. Сняв с ворот заклад, крестьянин распахнул створки и загнал лошадь во двор теперь уже своего нового дома. Животина, почуяв, что на сегодня трудовой день закончился, фыркнула и нетерпеливо покосилась на хозяина, ожидая, когда ее начнут распрягать. Однако сейчас Митяю было не до нее, ему срочно приспичило осмотреть дом, все остальное может и подождать. Сенцы встретили любопытных светлыми стенами ошкуренных бревен, циклёванным!!! полом, короткой лавкой чуть дальше от входа, со стоящей на ней небольшой бадьей для свежей воды и небольшим окошком со вставленным стеклом. Стеклом?! Крестьянин вздрогнул от неожиданности, заводя лошадь во двор, он видел окно, но ему и в голову не могло прийти, что там может быть вставлено стекло, не мешкая он и тут же рванул дверь в дом, спеша глянуть на окна, внутри его встретил яркий свет солнца, который изливался в два широких окна, с двойными стекленными рамами. Митяй вытаращил глаза и быстро перекрестился, этого не должно быть, слышал он, что стекло жутко дорогое, и не всякий боярин может позволить себе стеклить окна в доме, а тут на тебе. А еще он слышал в Тобольске, что в иркутских землях живут неплохо, но чтобы так «неплохо», даже представить себе не мог.

— Смотри, здесь и печь большая сложена, — ахнула жена, войдя следом в дом, — только дров я нигде не видела."

"Успокоился Митяй довольно быстро, он сразу догадался, что никто ничего ему бесплатно не предложит, а значит, придется отрабатывать, ну и пусть, какая ему разница, разве он когда ленился, вся жизнь в работе. То, что теперь придется еще и дом отрабатывать, ничего не меняло, все одно больше чем он сможет, с него не возьмешь. В тот же вечер к нему пришел местный староста, отметил у себя в бумаге, кто кроме хозяина будет еще проживать в доме, и объяснил что полагается переселенцу и насколько возрастет его долг. Потом посоветовал не стелить на пол солому, так как плахи на пол пошли вощеные, а потому следует поддерживать в доме чистоту и посоветовал для освещения в доме взять у него «на складе скипидарную лампу, чтобы не коптить лучиной».