Малый уголок

Между ног у него лежал валик под названием «голландка», которым в этих местах пользуются, чтобы было не так жарко; многие настолько привыкают к нему, что не могут спать без него даже в умеренном климате. Но доктору это было в новинку, и валик раздражал его. Он откинул его в сторону и перевернулся на спину. В саду гостиницы и в пальмовой роще напротив жужжали и звенели мириады насекомых, и этот неумолчный назойливый шум, к которому обычно мы остаемся глухи, действовал сейчас ему на нервы, пульсировал у него в ушах так громко, что. казалось, мог разбудить мертвеца. Нечего было даже пытаться уснуть, и, обмотавшись саронгом, доктор вышел на веранду. Здесь было так же жарко, как в комнате, и так же душно. Доктор устал, но его раздраженный ум упорно продолжал работать; мысли толчками проносились в мозгу, словно вспышки зажигания в неисправном карбюраторе. Он принял ванну, чтобы освежиться, но облегчения это не принесло. Доктору было не по себе. Он не мог больше оставаться на веранде и снова бросился на кровать. Под москитную сетку не проникало ни малейшего дуновения. Он не мог читать, не мог думать, не мог отдыхать. Время ползло черепашьим шагом.

Наконец его поднял с постели чей–то голос. Выйдя из комнаты, он увидел посыльного от Цзинь Цина; китаец просил его навестить. Доктор утром уже осматривал своего пациента и вряд ли мог еще что–нибудь для него сделать, однако он оделся и пошел к нему. Цзинь Цин услышал о появлении люггера и хотел узнать, что тут надо пришельцам. Ему сказали, что доктор провёл с ними целый час. Цзинь Цину не очень–то нравилось, когда на его острове появлялись чужие люди. Капитан Николс прислал ему записку с просьбой его принять, но Цзинь Цин ответил, что слишком плохо себя чувствует и никого не может видеть. Капитан утверждал, что

они знакомы, но Цзинь Цин его не помнил. Ему уже подробно описали капитана, и рассказ доктора не прибавил ничего к тому, что он успел узнать. Как выяснилось, они намерены остаться здесь дня на два–три.

— Мне они сказали, что отплывают на рассвете, — заметил доктор Сондерс. С минуту он размышлял. — Возможно они изменили свои планы, когда я сообщил, что на острове нет ни радиосвязи, ни телеграфа.

— У них в трюме один балласт, — сказал Цзинь Цин. — Только камни.

— Никакого груза?

— Ничего.

— Опиум?

Цзинь Цин покачал головой. Доктор улыбнулся.

— Возможно, это просто увеселительная прогулка. У шкипера какие–то неполадки с животом. Он хочет, чтобы я ему помог.

Цзинь Цин издал восклицание. Слова доктора послужили ему ключом к разгадке. Он вспомнил. Капитан Николс плавал шкипером на одной из его шхун лет восемь — десять назад, и он его выгнал. Между ними произошла размолвка, но Цзинь Цин не вдавался в подробности.