Мигуми. По ту сторону Вселенной

Чумазого перекосило. Выпучив на меня покрасневшие глазищи, он оскалился гнилыми зубами, оглушая меня вонью изо рта.

– Меняю их на свою жизнь! Пока не поклянешься, что я останусь жив, – не скажу, где они.

– Неправильное решение.

Отведя бластер от его лица, выстрелом проделала ему аккуратную дыру в животе. Заключенный обмяк мешком и затих.

Переведя оружие на второго, повторила вопрос:

– Пять охранников, одна женщина, два зека. Где они?"

"– Наверху, – затараторил более сговорчивый сиделец, – забаррикадировалась в кабинетах. Там они, мы их выкуривали, но они прочно засели. Живые были… Не стреляй, мигуми! Я все сказал. Не вру я. Пощади, не стреляй!

– А вот это уже хороший ответ, – улыбнулась я.

Визор услужливо подсунул информацию об этом просителе. Сарус Свонт, тридцать четыре года, осужден за ограбление и соучастие в убийстве двух и более лиц. Тут же промелькнуло изображение двух умерщвленных этой тварью девочек лет десяти.

– А когда девочек убивали, что же ты для них пощады не просил? – невинно хлопая глазами, спросила я. – Не заслужили? С чего мне вдруг к тебе милость проявлять? Чем ты ее заслужил?

Мужика передернуло. По лицу скользнула еле уловимая тень раскаянья и сожаления. Хотя нет, показалось. Страх это за собственную шкуру.

– Не убивайте меня, я пойду на любую сделку…

– Предложение отклонено.

Приложив бластер к его глазу, нажала на курок. В черепе осталась лишь выжженная дыра.

Отойдя от остальных трех еще живых мужиков, коротко скомандовала:

– Зачистить тут.

Двинулась в сторону изнасилованного паренька. Но была неожиданно остановлена.

– Вы не имеете права, семьсот сорок шестая, убивать без разбору, это не в ваших полномочиях, – восемьсот восьмая преградила мне дорогу и уставилась с вызовом, открывая мне прописные истины. – Кто дал вам право судить? Мы обязаны доставить всех живых на крейсер.

– Вот это новость! – довольно хмыкнула я. – Ну тогда бери их и волоки за собой, раз они тебе так нужны.

– И где их таких умных делают? – хмыкнула в наушнике девяносто шестая, молчавшая до сих пор. Я рассмеялась.

Но веселье кончилось, стоило мне как следует рассмотреть паренька, лежащего в углу комнаты рядом с кучей уже подванивающих покойников. Его насиловали, причем жестоко. Смотреть на его повреждения было неприятно.

Молча активировав реанимационную капсулу, я приложила ее к ногам пострадавшего. Его тело словно погружалось в сплющенный мыльный пузырь. На мгновенье вспыхнула сеть стабилизирующих нитей; на мини- табло загорелся зеленый сигнал. Тело перевернулось, занимая щадящее для его повреждений положение, и взмыло в воздух.

Оглянувшись, увидела в воздухе еще с десяток аналогичных портативных медкапсул, уже с телами охранников.