Мне нужна только ты

Он должен был хотя бы сообразить, что не случайно оказался единственным пассажиром дилижанса и дело вовсе не в плачевном состоянии этой ветхой колымаги.

Были и другие линии, по которым ходили почтовые дилижансы, — ведь не все еще города соединяла железная дорога. И в последнее время на линиях происходило немало ограблений. Демьен ничего не знал об этом до тех пор, пока они не остановились напоить лошадей и кучер не сделался более разговорчивым.

Поэтому Демьену не пришлось гадать, в чем дело, когда он услышал выстрелы. Кучер не остановил карету. Он попытался ускакать от грабителей — тактика неразумная, если учесть возраст неуклюжего экипажа. Мало того, кучер зачем-то свернул с дороги — Демьен так никогда и не узнал, ради чего он это сделал. Они мчались миля за милей, выстрелы не прекращались. Потом карета с грохотом остановилась, и так внезапно, что Демьена швырнуло к стене, он ударился головой о металлическую дверную ручку, и это было последнее, что он почувствовал, В сознание его привел, вероятно, шум дождя, барабанившего по крыше кареты. Спустилась ночь. К тому времени как Демьен сумел выбраться из дилижанса, сильно накренившегося набок, он понял, что остался в полном одиночестве.

Лошади исчезли — украдены или просто убежали, Демьен не знал. Кучер исчез — может, застрелен и валяется где-то при дороге, а может, его увели грабители или он остался жив и отправился за подмогой. Этого Демьен тоже не мог знать. Он был перепачкан кровью, которая сочилась из раны на голове. Дождь отчасти смыл кровь, пока Демьен собирал свои вещи, разбросанные возле кареты, и укладывал их в дорожный саквояж.

Остаток этой злосчастной ночи он провел в карете, где по крайней мере было сухо. И в довершение несчастья проснулся Демьен только в полдень, так что солнце не могло подсказать ему нужное направление, а сам он не в состоянии был его определить. Даже следы колес были смыты дождем за ночь.

Часы у него украли, исчезли и деньги из карманов и саквояжа. То немногое, что Демьен спрятал за подкладку пиджака, оказалось цело, но это было слабым утешением в том положении, в какое он попал. Демьен обнаружил фляжку с водой, прикрепленную к боковой стенке кареты, и взял ее с собой, прихватил и старый, заношенный балахон из-под сиденья кучера — пригодится ночью, если Демьен до тех пор никого не встретит, либо на случай дождя.

Ехал он в принципе к югу, именно в той стороне находился нужный Демьену город, но представление об этом было у него самое приблизительное, потому что дорога петляла. Он мог уклониться слишком далеко на восток или на запад, мог вообще пройти мимоторода, даже не узнав об этом. Демьен надеялся снова выйти к дороге, но ему не повезло."

"К концу первого дня пути Демьена начал всерьез беспокоить голод.