Мой любимый охотник (СИ)

И вот, лежа на своей кровати в кромешной тьме в позе эмбриона, понимаю, что это было плохой идеей и меня захлестывает паника, от не знания, что делать дальше.

Я - недоведьма, по сути обычная девчонка, на которую слишком много всего свалилось за последнее время. До боли в груди хотелось отомстить Юлиану за смерть близких, но не понимала, как его найти, или может боялась это сделать. Оттягивала этот момент. Но сегодня, увидев послание на груди Бурого, я поняла, что колдун нашел меня сам. Это точно он, сомнений нет. Чувствую себя маленькой девочкой, загнанной в угол в какой-нибудь подворотне, где благодаря одну единственному светившему фонарю, можно увидеть тень дикого зверя, которая непоколебимо приближается. Виктор снова причиняет вред моим людям, пусть и не своими руками.

Мне стоило восстать против него, начать что-то делать, но я не могу, я боюсь. Боюсь. Боюсь.

Лёгкие сжались и кислород стал казаться недосягаемой блажью. Мне начинает не хватать воздуха от мысли, а что если я не справлюсь, а что если из-за меня погибнут мои охотники? Мне плохо, душно, в груди давит, я начинаю часто дышать, хвататься за простыни и прокусывать их, пока ткань не начинает разрываться.

Кровать рядом со мной прогибается и любимые теплые руки обвиваются вокруг талии. Бес. Его объятия вскоре успокаивают меня. Не проронив и слова, мы лежим в обнимку. Хоть и приступ панической атаки отступил, но я ощущаю то напряжение, которое не покинет этот бункер в скором времени.

Что-то нехорошее грядет. И это послание было только началом.

В эту ночь никому не спалось. Все, кроме пострадавшего охотника отправились патрулировать территорию. Они надеялись, что им подвернутся те же оборотни, что напали на Бурого. В планах было схватить одного и методом кулаков и ножей вытрясти из него полезную информацию. Конечно же меня слушать никто не стал, что безопаснее будет остаться в бункере. И вот, уже битый час я хожу по опустевшему убежищу, пока со стороны кухни-гостиной не послышался шум.

Бурый обернулся сразу, как только я вошла, стоя около кухонного гарнитура с кастрюлей в руках. А на полу лежал как раз источник шума – упавшая крышка.

— Разбудил? — спросил он с бесстрастным лицом.

— Нет, не могу заснуть. Волнуюсь за мальчиков.

Я села на кресло, что было самым ближним к кухне. И спустя продолжительное молчание, пожалела, что осталась. Я никогда раньше не оставалась с Бурым наедине и разговоров по душам у нас с ним не было. От нависшего над нами дискомфорта, я уже потянулась к пульту, чтобы включить телевизор, как охотник внезапно пробормотал:

— Супом не делюсь. Мне самому мало, — и снова послышались звуки чавканья и скрежета ложкой по металлу.

Его брошенная фраза, была такой простой и до ужаса показалась мне милой, что захотелось улыбнуться.

— Ничего.