Развод. Между нами только ненависть

— Отлично, Оля, — Марк смеется, — чужие мужики кайфовали, а твой муж…

— Мой муж объелся груш, — кривлю губы, заглядывая в возмущенные глаза Марка. — Разлюбила ли я тебя? Да! — рявкаю я и толкаю его в грудь. — Разлюбила! Потому что я презираю неудачников, а я сделала тебя таким для самой себя! Ты это хотел услышать?!

Глава 46. Поговори с ним

— Я разлюбила тебя! — криком повторяю я и замолкаю, тяжело дыша.

Марк лишь немного щурится.

Я не знаю, чего от него ожидала после моего злого и отчаянного признания, но не этого издевательского прищура, которым он мне говорит «Что и требовалось доказать».

Слышу, как за моей спиной пищит домофон, скрипит дверь тугими петлями и воцаряется гнетущая тишина. Лишь ветер с шелестом пролетает над головой. Я медленно оборачиваюсь.

Я вижу сына.

Вижу его разочарованное лицо, которое заострилось под светом тусклого настенного фонаря над подъездной дверью. Я понимаю по его взгляду, что он все слышал, и мое сердце отбивает несколько быстрых ударов и замедляется в отчаянии.

Сын не должен слышать того, что мать разлюбила его отца. Особенно в таком нежном возрасте, когда можно убить всю веру в семью, девочек, любовь и в то, что человеку нужен человек.

Димка и так колючка, а теперь риск того, что он решит не жениться, ведь на его глазах разрушился крепкий брак его родителей, возрос критически.

— Дима… — моя ярость резко затухает. — Почему ты не спишь?

Господи, я не могла придумать более глупого вопроса. Попробую еще раз.

— Что ты тут делаешь?

— Я хочу домой, — он торопливо спускается по ступенькам крыльца и разъяренно шагает мимо меня.

Он в домашних футболке, штанах и тапочках. Спустился, видимо, чтобы подслушать наш разговор с Марком или предотвратить ссору.

— Вернись к бабушке, — Марк хватает его за плечо и мягким рывком разворачивает к себе. — Не бузи.

— Да что мне тут делать? — Дима отмахивается от него.

Нескладный, неуклюжий и злой. Я хочу кинуться к нему, обнять и прижать к себе, но ведь оттолкнет, огрызнется и убежит.

Я его окончательно разочаровала.

— У нас с тобой уговор, Дима, — Марк недобро щурится. — Через пару дней вернешься домой.

— Я не хочу быть тут, — шипит Дима. — Какая разница, сейчас вернусь домой или потом, а?

Я опять гениально подыграла Фаине. Теперь Димка вряд ли кинется с кулаками на ее сына и будет отстаивать свое лидерство над другим подростком, ведь его агрессия в сторону новой женщины отца и ее ребенка была подпитана надеждой, что у его мамы однажды включатся мозги.

Увы.

У его мамы нет мозгов.

И что я делаю?

Правильно! Я просто беру и ухожу. Плетусь прочь, признавая свое поражение, в котором я потеряла не только мужа, но и сына.

— Ты, мать твою, серьезно, Оля?! — гаркает на меня Марк. — ты куда поперла?

— К маме, — оглядываюсь.