На нее запрет. Дочка Шаха (СИ)
— Я боюсь тебя, — шепчу в темноте. Прошлое, где он был моим старшим заботливым другом, давно размыто. Теперь это совсем другой, незнакомый мне мужчина. Не вижу Бессонова, но каждой клеточкой ощущаю его присутствие. — Я тебя не обижу, — звучит холодный равнодушный голос. Пусть его слова и кажутся клятвой, меня это не успокаивает. Он опасен и жесток, я всегда это чувствовала. Лев уничтожит любого, кто встанет у него на пути. Тогда почему к страху примешивается волнение, когда раздаются его тихие приближающиеся шаги? Подтягиваю под себя ноги, будто эта поза способна защитить меня от него. Бессонов присаживается возле меня на корточки – так близко, что я ощущаю его дыхание на своем лице, когда он произносит: — Ты моя, просто еще не поняла этого…
Она придерживалась ограничения ровно до самой дальней прямой полосы, там Ками позволила себе разогнаться, надеясь, что я не услежу.
Улыбка сползла с ее лица, когда она остановилась и увидела выражение моего лица…
Глава 27
Камилла
Сорок километров в час, он просто шутит!
Какое удовольствие передвигаться по трассе, словно черепаха? Эта ласточка выжимает под триста, как ее удержать от полета в таких рамках?
Бессонов просто тиран! Пока я наблюдала, как он гоняет, чуть слюной от зависти байк не закапала. Удаляясь, я понимаю, что он вряд ли увидит и оценит скорость с такого расстояния. Есть, конечно, небольшие сомнения, но я решила рискнуть.
Какое же это счастье чувствовать скорость…
Я поняла, что значит слиться с железным конем. На миг почувствовала себя с ним единым целым, когда ты продолжение чего-то сильного и мощного, но при этом ты управляешь этим зверем, он поддается любому твоему желанию. От восторга захватывало дух, я хотела еще… еще… и еще раз пережить эти эмоции. Это высший кайф!"
"Хотела только немного поддать газу, но когда стрелка спидометра перевалил за сотку, я поспешила вернуться к разрешенным сорока, но момент полета и ощущение, которые я испытала, еще долго будут оставаться в моей крови.
Я уже решила, что сделаю все, чтобы получить мотоцикл, который стоял в гараже. Если надо, я буду часами общаться, сливаться, выполнять все требования Левы, лишь бы вот так парить…
Как же сложно было удержаться и не сорваться на оставшейся дистанции. Я завершила круг на черепашьей скорости, а на коже все еще ощущала скорость полета. В крови гулял адреналин.
Он все видел…
Мой восторг мигом улетучился от холодного жесткого взгляда Левы. С губ сползла улыбка. Хорошо, что он ее не видел, потому что я не сразу сняла защитный шлем. Бессонов спокойно направлялся в мою сторону, но это спокойствие было показным, словно затишье перед бурей.
У меня было ощущение, словно резко похолодало, тело покрылось мурашками. Наивно было полагать, что Бессонов не станет придирчиво присматриваться к моим действиям.
Вздрогнув под его потемневшим злым взглядом, я готова была трусливо ретироваться в раздевалку, но боюсь, он меня и там достанет. Вряд ли его остановят двери и замки.
Лева молчал. Подавляя своей энергетикой, возвышался надо мной, словно башня. Рядом с ним я чувствовала себя маленькой и хрупкой. При желании он может легко меня переломить. Молчание затягивалось, давило на совесть и вызывало страх. Сердце билось с перебоями.
Лучше бы он кричал.
— Не молчи! — не выдержав давления, выпаливаю зло. Наверное, мой страх и эмоции стали катализатором к последующим действиям.
Подняв руку, Лева впутал ее в мои волосы и сжал затылок. Желваки дернулись на его лице. Сложно смотреть в глаза Бессонова и оставаться равнодушной.