Нас больше нет

Поднимается со своего места.

— Ладно, оставлю тебя наедине с едой. Я пока со знакомыми поздороваюсь.

Он уходит, я же почему-то вместо того, чтобы выдохнуть с облегчением и отвернуться, пристально слежу за ним.

У него плавная походка, ровная осанка и широкие плечи. Мне кажется, он раскачался еще больше. Или же я забыла, каким было его тело когда-то.

Давид подходит к столику, за которым сидят две молодые девушки и парень.

Он здоровается с ним за руку, кивает брюнетке, блондинка же поднимается со своего места, обнимает Давида и целует его в щеку. Что-то ему щебечет. Улыбается.

Сама не замечаю, как с силой сжимаю в руках чашку. Не успеваю отвести взгляд, когда он поворачивает голову в мою сторону и видит, что я смотрю на него.

Чувствую себя воровкой.

Сразу же отворачиваюсь.

Мне-то какое дело, с кем он там обжимается?

Давид проводит несколько минут в компании своих знакомых, потом возвращается обратно. Я отодвигаю пустую чашку и тарелку, поднимаюсь со своего места.

— Я готова.

— Отлично. Пойдем. Зал находится на втором этаже. Кроме нас там больше никого не будет, так что ты сможешь расслабиться.

Тот факт, что мы будем в зале лишь вдвоем, меня не особо радует.

Мы снимаем обувь и выходим на середину зала. Маты холодят ступни несмотря на то, что я остаюсь в носках. Я поджимаю пальцы на ногах.

— Сегодня пройдемся по теории, — сообщает мне Давид, отходя от меня на несколько шагов. — У человека есть несколько основных болевых точек: глаза, уши, нос, шея, пах. Ты маленькая, потому не стоит рассчитывать, что в драке силы будут равными. Тебе стоит использовать локти, колени. Они усилят твои удары…

Сейчас Леонов похож на строгого учителя. Смотрит на меня пристально, говорит четко и с расстановкой. Объясняет каждое действие. А потом прикасается ко мне, показывая, куда лучше быть.

Каждое его прикосновение как электрический разряд. Мне хочется отпрянуть от него, и я с трудом заставляю себя устоять на месте и не показать, насколько мне неприятна его близость. Или приятна?

— Лер, ты словно где-то летаешь, — вырывает меня из мыслей строгий голос Давида.

— Устала.

Он посмотрел на часы, висящие на стене.

— Ты права, уже поздно. Переодевайся, я отвезу тебя домой."

"Я чувствую себя абсолютно выжатой. Даже не осталось сил, чтобы поспорить насчет того, что я хочу жить в гостинице или съемной квартире.

Сама не замечаю, как вырубаюсь прямо на заднем сиденье автомобиля, хотя из-за пристального взгляда Давида, который я ловлю постоянно в зеркале заднего вида, это казалось нереальным.

Просыпаюсь как он пинка. Раскрываю глаза, и из горла вырывается сдавленный всхлип.

— Что ты делаешь? — начинаю паниковать. Я на руках Давида, он несет меня через двор в дом.

— Не дергайся, упадем же, — равнодушно говорит он, не сбавляя шага.