Нас больше нет

О таком нужно предупреждать. Смотрю на ворота, но сбежать отсюда было бы странным поступком с моей стороны. Проявлением слабости.

— Это твоя сестра? — спрашиваю у Давида, поравнявшись с ним.

— Жена брата. Но сестра тоже здесь, судя по припаркованному во дворе автомобилю.

Мы оба бросаем взгляд на черный внедорожник с наклейкой «Ребенок на борту». Молчим. Леонову, кажется, тоже не по себе.

— Ясно.

Давид придерживает для меня дверь, и я проскальзываю в дом.

— Если тебе нужно в уборную, она рядом с кухней. Мил, тебе помощь нужна? — обращается к девушке, которая моет в раковине овощи.

— Если Лера никого кухонным ножом не зарежет, то от ее помощи я бы не отказалась, — стоя к нам спиной, отвечает Мила.

— В отличие от Ольки Лера умеет не только колбасу нарезать, но и хорошо готовит, — усмехается он.

От его слов мне отчего-то становится тепло. Надо же, хоть что-то обо мне знает и помнит.

— Тогда не откажусь. А ты к парням иди, там за детьми присмотреть нужно. Они тебя всю неделю ждали. И огурчики отнеси. — Мила вручает ему тарелку и подмигивает.

Я топчусь на месте, не зная, за что взяться. Я вот не люблю, когда на моей кухне хозяйничает кто-то еще. Лучше уж пусть в гостиной ждут или рядом на стуле сидят и развлекают болтовней.

Но Мила не я, она быстро находит мне дело. Достает из холодильника сыр, кладет передо мной на стол нож, доску и командует:

— Нарезай, как нравится."

"Она вообще очень располагающий человек. У нее глаза горят от счастья, она постоянно поглаживает свой выступающий животик, что-то напевает под нос.

В кухне панорамное окно, которое выходит на задний двор. Я стараюсь не смотреть туда, но взгляд то и дело цепляется за Давида, который играет с двумя малышками. На вид они ровесницы. Не знала, что он любит детей, мы с ним на эту тему ни разу нормально и не говорили.

Когда у меня перед нашей свадьбой случилась задержка, он вел себя сдержанно, не выступал против возможного отцовства, но когда беременность не подтвердилась — больше этой темы мы не касались.

— Вы двое снова вместе? — от внезапного вопроса Милы у меня нож соскользнул, и я порезала палец.

— Черт. — Подхожу к раковине и включаю воду, промывая рану.

— Сильно порезалась? — взволнованно спрашивает она.

— Ерунда, — отмахиваюсь от нее.

— Достанется мне от Давида, что травмировала его девушку. Но ничего, он все раны залижет на тебе, — звонко смеется она. — И не только раны.

От ее шутки я становлюсь пунцовой.

— Мы не встречаемся, — резко произношу я.

— Нет? — Ее брови ползут вверх, она смотрит на меня прищуренным взглядом, полным недоверия. — А я уж было решила, что этот идиот наконец-то что-то понял и решил сделать все правильно.

— Я его бывшая жена. — Смотрю на нее прямо, но реакция на мои слова у Милы совсем не та, что я ожидала.