Наследник для миллионера

Я, конечно, не буду лететь в омут с головой, прощая ему всё сразу! Но я… всё же я дам ему ещё один шанс. Ради сына. Потому что ребёнку нужен отец.

Мирон полностью развеивает внутри меня горький осадок своими тёплыми признаниями.

Я очень долго ждала этих слов… Часто фантазировала на эту тему, когда он узнаёт правду, когда извиняется, вымаливает у меня прощение! Я предвкушала эти минуты и хотела видеть, как он унижается, как ползает передо мной на коленях.

Но сейчас мне стало его жаль.

Я поняла, что он согласился на свадьбу не только ради бизнеса, но и потому, что он ответственный мужчина, который не мог бросить беременную его ребёнком девушку и уйти к другой.

Поживём, увидим. Насчёт свадьбы… подождём. Я дам Мирону время, чтобы он исправил ошибки. Не словами, а делами. Пусть заслужит моё прощение и докажет, что о меня любит хорошими поступками.

Любит искренне и никогда не посмеет от меня отвернуться. Бросить. Изменить.

Ненависть к Вере никак не может меня отпустить…

Она пыталась меня убить.

Убить не только меня, но и ни в чем не повинное дитя.

Такое не прощают. Никогда!

— Похороны состоятся на днях. Из-за того, что она пыталась сделать, я на них не пойду. Пусть Кулагины сами этим занимаются.

На этом мы решили закрыть разговоры на негативные темы. Сейчас я хочу посвятить все свои мысли заботе о малыше. Не люблю больницы и буду с нетерпением ждать выписки.

Глава 40.

Наконец-то нас выписали! Мирон привёз меня в свою квартиру в пентхаус, в ту самую, где мы впервые встретились. День выписки был особым, но я попросила его не устраивать слишком яркое торжество, ограничиться лишь тёплыми поздравлениями и парой фотографий. Но он всё равно украсил машину шарами и даже надпись на капот повесил: “спасибо за сына”.

— Без излишеств, Мирон? Это так называется? — хмыкаю я, когда он открывает передо мной дверь белоснежного лимузина. ЛИМУЗИНА!

Миллионер лишь гаденько улыбается.

— Не дождёшься!

Честно говоря, моё настроение было подавленным. День выписки — такое счастье! Но я испытывала толику грусти и тоски. Вера погибла. Кулагины в шоке. Пошли даже от них угрозы мне и Мирону… Несколько дней назад я случайно услышала телефонный разговор Мирона за дверью палаты.

Поняла, что он разговаривает с ними на повышенных тонах, пытается что-то доказать, но, видимо, неудачно. Наверно поэтому нас сейчас сопровождает три автомобиля с охраной. Состояние охранников взвинченное, как состояние Мирона. Но он не подаёт виду. Пытается всегда выглядеть счастливым.

К Вере сейчас я не понимаю, что испытываю… То, что она попала под машину, то, что она пыталась со мной сделать — для меня непередаваемый кошмар.

Лучше я вообще не буду думать о ней. Наверно, она это всё заслужила. Все поступки, хорошие они, или плохие, возвращаются к нам бумерангом.