Наследник для миллионера

— Ух! Значит я бы выглядела точно также, не будь у меня в арсенале команды профессиональных хирургов и имиджмейкеров?

— Вера, не говори ерунды, — хорошо, что Мирон вмешался, закатив глаза и скрестив руки на груди.

— Ну а что? Я с двенадцати лет начала посещать салоны! Сейчас мне интересно посмотреть на то, что бы было, если бы я не занималась собой и пустила всё на самотек, — охнула она, проведя тыльной стороной ладони по лбу.

— Извините, — я уже собираюсь направится обратно к лифтам, как вдруг чувствую, как меня хватают за локоть.

— Подожди, — просит Мирон, останавливая. — Ох уж это Верино чувство юмора.

— Да ладно! Я же шучу! — подхватывает близняшка, изображая смех. Режущий и картавый. Как поломанные струны скрипки. — Ну что ж, проходите, гости дорогие. Будем разбираться. Ситуация уж жутко интересная и шокирующая…"

"Виляя пышной, накачанной задницей, обтянутой дорогой тканью брендового платья, Вероника проводит нас на просторную, ультрасовременную кухню.

— Прошу к столу.

— Чем угощать будешь? — с ноткой лукавства спрашивает Мирон.

— Из “Ренессанса” заказала их фирменные блюда. Всё для вас!

Кухня моей сестры больше напоминает какой-то современный музей, обставленный навороченным оборудованием и мебелью, нежели кухню.

Под ногами блестит белый мрамор, на стенах красуются дорогие, очевидно подлинные, картины. А на большом стеклянном столе в красивых тарелках с золотой окантовкой разложены очень даже странноватые деликатесы. Преимущественно морепродукты. На которых… у меня аллергия.

Совпадение?

Или всё те же злые шуточки судьбы?

— Дана, присаживайся.

— Диана, — снова поправляю я её в полголоса, занимая указанный ею стул.

Девица уселась рядом с Мироном. Демонстративно нагло закинула на его плечи руку, показывая, что он — принадлежит ей. Адресовала мне коварный, прищуренный взгляд, глотнув вина из бокала.

Мои впечатления об этой напыщенной девице не поменялись. После того, как я узнала Веру чуточку ближе, я удивилась, насколько сильно мы разные. Мы просто не можем быть сестрами в теории! Особенно близнецами.

Мы еще немного перебросились простыми фразами, а потом приступили к ужину. Вера больше не бросала в мою сторону глупые шуточки, а начала подробно расспрашивать меня о моей личной жизни. Хотя делала скучающее лицо, словно думает о чем-то другом, когда я рассказываю ей о себе. Зато, когда настала её очередь рассказов о себе — она начала тараторить похлеще воркующей сороки на дереве в деревне.

Пока она хвасталась собой любимой, я смотрела на устрицы, лежащие в моей тарелке, они казались мне какими-то жуткими. Отвратительными даже. И пахли неприятно. Я для вида просто в них вилочкой поковырялась.

— Не вкусно? — пискляво прыснула она, замечая мои страдания.