Наследницы
Смерть известного столичного художника сводит вместе, казалось бы, непримиримых соперниц — его любимых женщин. Каждая из них готова бороться до конца за наследство бывшего мужа, приемного отца и, как выясняется, отца очень молодого человека, который по последнему завещанию должен получить музейную коллекцию. Но драматичная жизненная коллизия разрешается самым наилучшим образом: талант, любовь и прощение объединяют семью…
— Господи, куда мы едем? На ночь глядя? — Галина Васильевна рассмеялась. — Это нам шампанское в голову ударило!
— И «Этюд в красных тонах»! — подхватил Андрей. — Бред! Тащимся на электричке! Могли бы тачку взять или мать дождаться, она бы нас подбросила!
— Забыл, что Арина велела ехать на электричке? — напомнила внуку Галина Васильевна. — На станции нас встретит ее шофер.
— Велела! — возмутился Андрей. — Да кто она такая?
— Приедем — узнаем, — задумчиво ответила Галина Васильевна.
— А ты номер машины запомнила?
— Она не сказала, — уверенность Галины Васильевны сменилась сомнением, — или я забыла…
— Вот тебе раз!
— Нет, точно, номер машины она не назвала, сказала, что за нами приедет ее шофер.
— Галь, а чего это мы с тобой так сразу поверили этой бабе? А вдруг это подстава?
— Андрюш, ты чем слушал? — Галина Васильевна заговорщицки зашептала, наклонившись к внуку: — Я же ее попросила назвать особую примету! И она назвала! В правом углу картины Володя написал: «Галке». Мне, понимаешь? — Ее глаза молодо заблестели.
— Значит, будем считать, что это не блеф.
— Это единственная Володина работа, посвященная мне! Правда, потом он чуть было не затер посвящение..
— Это почему же? — поинтересовался Андрей.
— По кочану! — Галина Васильевна засмеялась. — Приревновал к одному лысому занудному графику.
— Имел основания? — напустив строгости, спросил Андрей.
— Балда! — Она шутливо потянула внука за ухо. — Ни малейших!
— Ясный перец! — Андрей одобрительно кивнул. — Ты всегда была ему верна, как Пенелопа…
— Именно. А мой Одиссей приревновал меня, — с печальным светлым вздохом добавила Галина Васильевна. — Господи, как мы любили друг друга! Как были счастливы…
— Это вы спрашивали Вороново? — подвыпивший старичок с корзинкой в руках остановился рядом с ними.
— Да, мы. — Андрей встал.
— Я сейчас выйду, а вам — на следующей.
— Спасибо, — хором поблагодарили они старика.
За окном мелькали деревья, освещенные фонарями роскошные особняки и деревянные дома. С черного неба смотрела полная луна, похожая на яичный желток.
— Странные эти новые русские — строить дома рядом с железной дорогой! Дураки какие-то! — заключил Андрей, покрутив пальцем у виска. — Вот были бы у меня деньги, — мечтательно продолжил он, — я бы построил дом в лесу у озера или на берегу речки…
— Как в Поленово? — мечтательно спросила Галина Васильевна.
— Во-во, как в Поленово.
Электричка сбавила ход, начала медленно тормозить.
— Подъезжаем, — спохватился Андрей, — Галя, давай на выход.
— С богом, — прошептала Галина Васильевна, поднявшись с сиденья.
На маленькой привокзальной площади не было ни души. Лишь большая замызганного вида собака рылась в мусорном ведре, добродушно порыкивая.