Названые братья. Степная Луна Белоголовых

И добилась хотя бы чего-то!"

"По крайней мере, степняки перестали готовить офицеров к отправке в столицу, словно скотину бессловесную, как, наверно, привыкли у себя в Степи, связав по рукам и ногам и перекинув через седло лошади, а просто под давлением Ирри взяли с них рапорты, где негодяи признавались в собственных недобрых намерениях. Правда, темноволосый офицер, чуть не убивший Ирри, писать не мог, потому что ему один из близнецов, оказывается, сломал руку, в которой был нож, но остальные два отлично справились.

Затем офицеров отпустили, хотя степняки и солидарный с ними Дождик были очень против.

Но Ирри понимала, что удерживать военных она не имеет никакого права, что их должен судить военный суд. И никуда не денутся эти твари. В конце концов, это не разбойники, которых ищи-свищи. Это аристократы, за каждым семья, имя… Ну, отправят их служить на северную границу за преступление… Ничего страшного. Это не виселица же.

А ей явно не до них сейчас.

Потому что близнецы привезли распоряжение от императора, с его печатью и подписью, о том, что Иргерда Саввон должна прибыть ко двору…

Так что трудности только начинались…

Хотя, о чем это она, вообще?

Они не заканчивались, вот как надо думать. Как пошло все с появления в ее жизни навязчивых и горячих степняков, сумевших пошатнуть ее святую веру в свое безупречное светлое будущее, внесших сумятицу в ее жизнь, затем трагедия с родителями, такая неожиданная и жуткая, после убийство, непосредственной участницей которого она была, не валить же все на Рути?

Затем побег, долгая дорога в этот город, где у сестры неожиданно обнаружились связи, позволившие не только поселиться в неприметном и, если быть откровенными, жутком домике на окраине города, а после и выкупить через третьи руки эту таверну, вместе с поваром Ворчуном, подавальщицей Марушкой и охранником Дождиком впридачу…

Тяжелая, неблагодарная работа, постоянно на ногах, постоянно с людьми, которые ей, Ирри, откровенно не нравились…

Но деваться было некуда.

Их с сестрой искали. И совсем не для того, чтоб наградить.

Рути требовался перевалочный пункт, потому что ситуация складывалась плохо, ее покровитель, папин друг, глава Тайной канцелярии, не мог помочь, у него самого были какие-то сложности, Рути не рассказывала подробности, но во время коротких встреч, которых за этот неполный год Ирри насчитала не более пяти, очень выразительно кривилась и даже ругалась тихо себе под нос, из чего Ирри сделала вывод, что власть Корнеля совсем не так широка и всеобъемлюща, как ей представлялось раньше…

Когда сестра в последний раз заявилась к ней в таверну, вся грязная, похудевшая, измученная, и заявила, что на окраине, в их домике, где никто уже не жил давно, гости, которым надо помочь, Ирри только кивнула.