( Не ) пара для губернатора

Он спрятал улыбку в кулак и откашлялся.

— У тебя масло было, решил убрать, — серьёзным тоном, как будто указ подписывал о повышении зарплаты в детских садах, — а ты о чём? — а глаза хитрющие.

Я усмехнулась. Что-то задумал. Сердце сильнее застучало. От предвкушения, от преддверия счастья. Мне хотелось верить, я готова была рискнуть.

— А остров королевский… весь? — решила уточнить я.

Ваня кивнул, закидывая в рот кусок булки и запивая кофе.

— Тебе понравится. Но у меня из головы не выходит сеновал, — быстрый взгляд в мою сторону, да так и задержался, усмехнулся, заметив, что я слегка покраснела, — после всего, что было, Лена, ты всё ещё смущаешься?!

— Ты тут давай мне… не это… Я сама не знаю, что на меня нашло, — буркнула, неожиданно признавшись, и хотела было опустить голову, но Иван ухватился за подбородок и заставил смотреть на него.

— Всё, что происходит между нами, это только между нами, всё, что будет — для нас и всё нормально, чтобы ни было. И я всё ещё жду, когда же ты начнёшь мне доверять, — слегка с досадой, но больше на себя, — хотя я не с того начал своё знакомство с тобой… Просто ты… — пытался подобрать слово.

— Не такая, как остальные? — подсказала я.

— Не такая, с кем я привык иметь дело, уверен достойных женщин достаточно, чтобы любой из мужчин был счастлив. Но в моём мире нам некогда их искать, есть определённые договорённости и женщины, которые ради денег готовые на многое. Но пусть тебя это никак не касается, не думай. Я и вправду вытащил счастливый билет, встретив тебя.

Наши взгляды переплелись. Это звучало как признание в любви. Но помимо того, что моё сердце каждый раз в его присутствии оставалось неравнодушным, мне было сейчас ещё и немного грустно. Я же не пара губернатору. Вот не пара же. Но глупое сердце и упрямая уверенность Ивана твердили об обратном. Не может же он водить меня за нос? Зачем бы ему заморачиваться со мной?

Но меня же этим не проймёшь, моё условие он знал.

Позавтракав, мы ушли к себе. Я переоделась в лёгкое платье, в меру удобное и нарядное, белое, воздушное, не скрывающее стройного силуэта, открывающее ноги, венчали же их босоножки на невысоком удобном каблучке. На палубе меня встречал Беркутов, засунув руки в свободные белые штаны. Он критично осмотрел меня.

— Ноги открыла слишком, — кинул Ваня коротко, но с места не сдвинулся, — полезешь в лодку, трусы покажешь матросу.

— Ревнуешь, что ли? — насмешливо спросила я.

— Берегу целомудрие своих подчинённых, — мрачно парировал Ваня.

Я подошла ближе и, поднявшись на цыпочках, прошептала:

— На мне их нет, так что я никак не развращу твою команду, тебе нет причин переживать за их души, — и вновь взглянула в его глаза, которые округлились и налились кровью как у готового к атаке быка.