(Не) верные (СИ)

Хотя о каком возрасте речь?? Ну если она на десятку лет меня старше, это будет хорошо. Хотя я начинаю думать, что максимум лет на пять. Это спецназ старше нас всех тут.

Жена же у него такая невесомая, нежная, милая. В таких однозначно влюбляются на всю жизнь, таких боготворят, такие с годами становятся только краше, а он взял и вот так. Растоптал семейную жизнь.

Мне становится тошно, удушающе омерзительно смотреть на него и просто рядом находиться. А еще так больно видеть, как Рита может касаться его, обнимать, улыбаться, целовать украдкой сплетя пальцы. Все внутри выжигается неведомым огнем, отчего я нехотя ближе упираюсь в Сергея, просто потому что назло теперь у нас …со спецназом обоюдно выходит.

Читая реакцию Леши, ловлю себя на том, что он тоже бесится. Сильно. Пытается скрыть за «мордой кирпичом», но все равно видно…бесится. В глаза смотреть страшно, да я и не пытаюсь, зато он на меня палит так сильно, что кожа воспламеняется.

Мои попытки сбежать тоже крахом идут, и даже выскакав ему все, не могу отрицать тот факт, что меня тянет к нему несмотря на злость, обиду и тщедушное отчаяние в груди. Как ни крути, он излучает что-то такое, что дарит мне ощущение безопасности, манит, завораживает…тянет.

Это плохо, что я снова обманываюсь на его счет, слишком плохо.

Сейчас же, когда спецназ меня целует, кажется, в голове происходит атомный взрыв. Я никогда не думала, что буду способна на такое острое восприятие чувств, что выворачивают меня наизнанку.

Больше шока просто не придумать, чем увидеть мужчину, с которым провела прошлую ночь, на собственной помолвке. И пусть я мысленно при этом похоронила его для себя…

Но то, что он сейчас набросился на мои губы, и нагло поднял на руки, сжимая бедра, ставит меня в очередной раз на лопатки.

Отвечаю ему, получая при этом приятную тяжесть внизу живота. Даже слабые отголоски боли между складочками ничего не значат.

Грубость его совершенна уместна, потому что она пронизана остервенелыми эмоциями и меня совершенно не пугает, хотя должна! От смешанных чувств хочется плакать, но вместо этого я лишь сильнее обхватываю Лешу за шею, выдыхая огненный воздух ему в рот, навстречу наглому языку, буквально насилующему меня.

Когда слышится покашливание, моя реальность идет тонкой сеточкой, как разбивающийся от удара экран телефона. Леша моментально опускает меня на землю, всматриваясь теперь в мое испуганное лицо серьезным взглядом, а затем берет за руку и сам поворачивается, слегка задвигая меня за спину.

Это не поможет меня скрыть, но даже при таком раскладе я ощущаю стену, что точно меня готова уберечь от любой угрозы.

Пульс грохочет в ушах, заливая их бетоном.

Бугрящие мышцы спины спецназа сигнализируют о высшей степени напряжения.