(не)желанный брак, или Космический приют для хищных растений

— Воспитывать своего отпрыска нужно было, чтобы он перед чужими жёнами штаны не стягивал. А я очень ревнив, — на плечо градоначальника снова легла здоровая ладонь. — Ты заполняй, мужик, нужные строчки и рот не раскрывай. Много ты со своим щенком крови мне попил. Теперь моя очередь. И поверь, это будет весело! Мне, но не вам.

— Да я вас...

— Что вы нам? — вмешался подполковник. — Мистер Мортен в своём праве. Как ни крути, а ваш сын не смел приставать к его жене. Да и чего скрывать, наши права вы так же не спешите защищать. Напротив, вы по ним неплохо топчитесь.

— Я здесь власть, — пробурчал рыхломордый, правда, как-то неубедительно.

— Да я же не спорю, — кивнул муж. — Давай, слуга закона, батрачь на своих граждан.

— Да откуда ты вообще взялся? — мне показалось, что наш власть имеющий управляющий аж целым поселением сейчас расплачется.

— Как откуда? С неба, как и все, на корабле прибыл, — Калеб развёл руками. — Ну, не пешком же пришёл.

— Не было тебя! Не проходил ты регистрацию...

— Жена зато была. Забыл?

— Да, — градоначальник разом сдулся, — больная тут сидела...

Он как-то вжал голову в плечи и зыркнул на пожилую чету.

— А раз больная сидела, что же ты врача не позвал? — процедил Калеб.

— Твоя жена — не моя забота, — послышалось в ответ.

— А ты в этом точно уверен? По-моему, мужик, тебе кресло жмёт на голову. Так ты не переживай, мы уже столько шуму наделали в министерстве Юпитера, что и избавить тебя могут от этого непосильного груза...

— Убирайтесь отсюда! — процедил сквозь зубы рыхломордый. — Исправил я твои данные. Проваливайте в свою дыру!

— Ты не визжи, — Калеб обхватил его шею ладонью, — мы же приехали с благими намереньями. Познакомиться, за жизнь поговорить.

Ежик краснел на глазах. То ли задыхался, а то ли от возмущения. Наверное, так с ним здесь ещё никто не разговаривал.

Я выглянула в окно.

Серо, неуютно, даже депрессивно.

Как-то незаметно на улице опустело.

— Калеб, — тихо позвала я мужа, — ну его. Пошли в магазин, там вроде народ разбежался.

— Успеем, милая, — кивнув, он отпустил ежика.

— Ещё наши пенсионные, Даллия, — напомнил мистер Петер.

Его жена оживилась. Ей тоже не очень приятно было находиться в этой комнате.

Пока мы рассматривали унылую обстановку кабинета, градоначальник пыхтел.

С бумагами четы Руфкоф рыхломордый провозился не так чтобы долго, но я успела окончательно скиснуть, сидя на стуле. Мерзкое местечко. Даже дышать здесь было трудно. Ежек своим присутствием отравлял воздух.

Наконец, мистер Петер получил на руки два оформленных бланка.

— Всё! Можете убираться, — прошипел управляющий поселением.

— Это невежливо, — огрызнулся Калеб и снова навис над бедолагой горой. — Я к тебе часто приезжать буду. Мой юрист приготовил иск — жди! Документ уже в пути.