Нелюбимая для властного лорда

Драконье пламя выходит всегда…

Несколько мучительных дней ожидания – зачем они мне?

Что нового мне смогут рассказать целитель и Старейшины? Что такого уж важного они могут знать обо мне, чего не знаю я сама? Ничего. Это пустая трата времени.

Не нужны мне ничьи заключения. Я всё знаю и так. И знаю, как лучше для меня.

Верхний краешек солнца исчезает за холмами, окрашивая небо в багровый цвет. Разворачиваюсь и иду к узкой твёрдой кровати у стены. Ложусь на неё бочком, согнув ноги в коленях и поджав их к груди, кладу ладони под щёку.

Забавная штука жизнь. Я начинала в крохотной каморке, в ней и заканчиваю. Богатые платья, приёмы, огромные мягкие кровати, жаркие ночи с самым лучшим мужчиной – всё это сейчас кажется всего лишь красочным сном.

Лэйтон…

Как же я тоскую по нему. По льдистым голубым глазам, смотрящим спокойно и строго в самую душу. По аромату морозной свежести. По его касаниям, уверенным и властным. По его умелым губам, накрывающим мои, не спрашивая.

Я страдаю вдали от него, мне физически больно и плохо, но ещё хуже другое. Ядовитая ревность, что грызёт изнутри, отравляя тело и душу. Осознание, что всё то, что чувствую к нему я, он испытывает к другой.

Если драконье пламя исцелит меня, я просто уеду. А если нет…

Лэйтон сможет снова быть с той, которую до сих пор любит. Потому что верис никогда не врёт. И Лэйтон был честен, когда кричал на меня, услышав болезненную правду про Ангелину. Мы не ведём себя так, когда человек безразличен.

Ангелина полюбит его, у неё просто не останется выбора. Потому что такого, как Лэйтон невозможно не любить. Ещё и сейчас, когда её мужа больше нет, и никто не стоит между ними. И я не встану.

Единственное, что греет меня – осознание, что, чтобы ни случилось со мной, Лэйтон обретёт своё счастье. Заслуженное и долгожданное. Пусть и с другой.

Сама не замечаю, как проваливаюсь в сон.

Утро встречает сильным приступом тошноты. Сгибаюсь над рукомойником. Мне тяжело даже просто стоять. Сползаю вниз по стене, вытираю мокрый лоб. За грудиной жжёт. Невыносимо. Терпеть всё это – невыносимо.

Слёзы катятся ручьём по щекам, когда я смотрю на свои совершенно чистые руки. Последние элементы магического рисунка исчезли за ночь.

Пора.

Заставляю себя подняться. Какое-то время глубоко дышу, выравнивая дыхание и часто моргая, пытаясь прогнать чёрные мушки, летающие перед глазами."

"Придерживаясь за стену, выскальзываю из кельи. Тихонько спускаюсь вниз по крутой лестнице, ведущей во внутренний дворик.

Вот и ограждение, про которое говорила послушница – всего-то пара резных решёток высотой до талии. Отодвигаю одну из них в сторону и беспрепятственно прохожу.

Внутренний дворик правильной круглой формы, ограждён колоннами, уходящими в куполообразный свод.