Неразрезанные страницы

– Может быть, кофе?

Она хмуро оглянулась через плечо.

Еще один юноша, не менее, а может, и чуть более великолепный, чем предыдущий, материализовался из окружающего великолепия и теперь смотрел на нее с выражением полной готовности на загорелой ухоженной физиономии.

Ради Митрофановой он был готов на все.

– Нет, нет, спасибо.

– Минеральной воды?

Митрофанова улыбнулась старательно и любезно.

– Да, если можно.

– Лед? Лимон?

Мимо промчался первый юноша, волоча башню из обувных коробок. Коробок было так много, что ему приходилось балансировать, чтобы удержать равновесие.

Катя была уверена, что китайские церемонии с выбором и примеркой вещей в этом магазине займут много часов и завершатся полным провалом, как только писатель увидит ценники, и очень удивилась, когда он вышел из-за раздвижных дверей полностью переодетый. Она едва успела допить воду – лед и лимон, разумеется!..

– …Пожалуйста, соберите мои вещи в пакет, – говорил Алекс на ходу. – Вы принимаете кредитные карты?

– Конечно, конечно!.. Сейчас мы оформим вам скидку и очень надеемся, что вы станете постоянным покупателем в нашем магазине!.

Будущий постоянный покупатель скучал, покуда оформляли эту самую скидку – сумма, Митрофанова посмотрела, все равно осталась астрономической, – подписал чек и поблагодарил, очень вежливо.

– Пойдемте, Катя?..

Митрофанова, злая, как собака, вышла следом за ним.

Уж она-то отлично знала, как у Мани Поливановой сейчас трудно с деньгами!.. Ничего особенного, конечно, но все деньги уходили на тетушкину дачу, а больших гонораров в последнее время она не получала, потому что «разучилась писать», и виноват в этом был один-единственный человек, который только что на ее глазах с такой легкостью отдал бешеные деньги за какие-то дурацкие тряпки!

– Что с вами, Катя?

– Со мной все в порядке.

– Почему вы так рассердились?

– Потому что я ненавижу, когда люди просто так швыряют деньги! Нет, мы все хорошо зарабатываем, конечно, но это не означает…

– Ну, мне на самом деле нужно было переодеться.

– Именно в этом магазине?!

Он остановился, взял ее за руку и повернул к себе.

– Говорите, – велел он.

– Все время, что вы так чудесно отдыхали во Франции, Маня не могла писать, – выпалила Митрофанова. Лицо у него дрогнуло. – Я понимаю, это не мое дело, но она сидела совсем без работы и почти без денег! Она же собиралась к вам в Париж!

– Она не собиралась ко мне в Париж, – холодно перебил он. – Она бы прилетела, если б собиралась."

"– У нее денег нет! – крикнула Митрофанова так, что на нее оглянулись прохожие.