Неразрезанные страницы

 – Ты бы с вахты брякнул, я б тебя встретил! У нас тут без ста граммов не разберешься!

Дэн сунул было руку, но тут у него в кармане грянула разухабистая мелодия.

– О! – удивленно сказал он, выудив телефон. – Это ты мне звонишь?

– Я.

– Мы по телефону будем разговаривать? – уточнил Столетов.

– Дэн, тебя выпускающий хотел! – закричали со стороны лестничной площадки.

– Давно?

– Да уж часа два!

– Ну, значит, ничего срочного, – почему-то заключил Дэн. – Пошли, Алекс. Ты кофе будешь? Только у меня растворимый, а за кипятком нужно на первый этаж бежать, у нас кулер уже полгода не работает, а на чайник все никак начальство не разорится! Я сам хотел купить, а потом решил, что…

Едва поспевая за ним, Алекс влетел в крохотную стеклянную кабинку, где пахло застарелым табачным дымом и типографской краской, впритык друг к другу стояли два желтых канцелярских стола, а на стенах были приколоты кое-как выдранные из журнала листки с фотографиями и текстами.

Некоторые из них оказались выцветшими – по всему видно, давно висели!..

За вторым столом сидела толстая коротко стриженная девушка в очках и что-то остервенело строчила на клавиатуре компьютера.

В монитор она не смотрела и отрывалась только для того, чтобы откусить пирожок, лежавший рядом на салфетке. Откусив, она вытирала пальцы о джинсы и продолжала строчить – как из пулемета.

Все это Алекс увидел в одну секунду.

– Садись!"

"Дэн покрутил головой в поисках стула, ничего не нашел, конечно, фыркнул, пожал плечами и плюхнулся на свое место.

– Ну, тогда не садись! Или вот на стол присаживайся! Я тебе сейчас место расчищу.

Огромными ручищами с длинными пальцами он сгреб со стола бумаги и одним махом переложил их на подоконник, подняв облако пыли.

– Дюдюсик, – выговорила толстая девушка прокуренным басом, – а ты чего, сегодня материал не сдаешь?..

– А я сдал давно!

– Брешешь!

– Чесслово, сдал!

Девушка отправила в рот корку, подняла глаза и уставилась на них. Глаза оказались очень темными, веселыми.

– А я зашиваюсь, – пожаловалась она с набитым ртом. – Как всегда, одной ночи не хватило! Я Таня, а вы?

– Это Алекс Лорер, писатель, – сказал Дэн хвастливо. Несмотря на все фрондерство, ему льстило, что знаменитый писатель явился к нему на работу и теперь стоит в растерянности возле его собственного стола.

 – А это Таня Латышева, светская и культурная жизнь. Ну, в смысле, пишет о светской жизни!

Толстая девушка сглотнула, как удав.

– Здравствуйте! – сказал Алекс.

– Я вас читаю, – сказала в ответ девушка, и ее бас стал кокетливым. – Мне очень нравится. И если бы вы согласились… – Она похлопала глазами за стеклами модных дымчатых очков.

– Не-е-ет! – заорал Дэн.