Неразрезанные страницы

Ну, зеленых, конечно. Сережа его тоже достал порядком. Он вообще в последнее время невыносимый стал. Ну, тут дело не в деньгах. Я Олежке обещала с папой поговорить, чтоб тот его к себе в службу безопасности взял. У папы служба безопасности как в Кремле!.. Даже еще лучше! И платит он им… закачаешься! И я Олежке сказала, что это для него такая проверка будет. Если он мне поможет, то и я ему помогу. Ему самому тоже никак не пробиться. Он ведь приезжий! И потом, у нас с Олежкой секс. Мы друг друга уважаем.

Алекса позабавило, что она сказала – секс. Не связь, не любовь, не отношения, хотя он терпеть не мог этого слова, а примитивно до ужаса – секс.

"– Я знал, что человек, убивший Балашова, как-то связан и с ним самим, и с журналом «День сегодняшний», – произнес он задумчиво. – Когда узнал, что дом, где убили Сергея, принадлежит Александру Романову, я решил, что он как-то к этому причастен. Потом выяснилось, что у него есть дочь, я посмотрел фотографии, но не сразу вас вспомнил! Знаете, с длинными светлыми волосами вы совсем другая.

– По-моему, так даже интересней. Вам как больше нравится? – И она поправила короткие задорные локоны.

– Когда Дэн рассказал мне, что пакет для отправки долго пролежал у вас, и курьер все никак не мог его забрать, и произошла какая-то путаница с адресами, я понял, что должен на вас посмотреть. Я увидел вас и сразу узнал. Именно вы в ресторане «Трюфель» рассказывали подруге, что накануне постриглись, а ваш шеф погиб. Но мне и в голову не могло прийти, что все так… просто.

Она пожала плечами и высморкалась в выдернутую из коробки салфетку.

Алекс посмотрел на нее:

– Все так просто, а вы… насекомое.

– Я не насекомое! – возмутилась девушка-эльф.

– Бабочка, – выговорил Алекс. – Капустница.

Митрофанова на негнущихся ногах промаршировала в раздевалку и повалилась в изнеможении на влажную лавочку.

Сегодняшние самоистязания дались ей с трудом, гораздо большим, чем обычно, и если бы у нее не было нервов – стальных канатов, она ни за что на свете не пошла бы на тренировку, а поехала бы к Мане Поливановой.

Они бы уселись на кухне, обсуждали бы последние события, пили чай с бутербродами и шоколадом и гадали, когда выпустят Берегового, да и выпустят ли, и что теперь из всего этого получится.

Водителя Сергея Балашова вроде задержали, и он уже начал «давать показания» – еще бы!.. Имя дочери Александра Романова нигде не упоминалось, как и не было ее.

– Девушка, можно подвинуться? – неприятным голосом спросила только что прибывшая на занятия спортсменка. – Лавочка одна на всех, а вы разлеглись!

Кряхтя, Катя поднялась, села и потерла мокрыми потными руками потное, горящее лицо.

Вновь прибывшая сердито швыряла в шкафчик вещи – ей не хотелось качать железо, и все раздражало.