Невыносимый Босс

Сначала мы слушали музыку и плясали, потом орали в караоке так, что мне теперь стыдно смотреть соседям в глаза. Я орала больше всех. Они могли легко вычленить мой голос из общей какофонии. Кроме того, мы раз пять ходили в магаз разными составами. Перед продавцами пятерочки мне тоже стыдно, они меня там все знают. Я стояла на кассе совершенно невменяемая, пока Настя оплачивала Абрау-Дюрсо.

Не пойду туда в ближайший месяц ни за что!

Ожидаемо, восьмого я подыхала и выворачивала желудок наизнанку, как и все мои собутыльницы. Девятого весь день ела и лежала на диване, смотря телевизор. Понятия не имею, что я там смотрела. Ничего не помню.

Вечером выползла из дома, и мы сходили в кино на очередные Ёлки. Но они были настолько халтурные, что я решила больше не ходить на эту франшизу.

Накануне выхода на работу я привела себя в порядок. Час лежала в ванной и отмокала. Сделала массаж лица и пару масок, чтобы убрать опухлость. Подготовила одежду. Уверена, что по выходе с меня потребуют отчет по АмегаГлобал.

Слава Богу, у меня есть что показать.

Спасибо, Константин Борисович."

"Выход на работу — это как отмашка клетчатым флагом. Сигнал к тому, что моя жизнь вернулась на круги своя, а две недели перед новым годом просто ослепительная вспышка, которая давно потухла.

В сумке у меня серый галстук. Я с ним не расстанусь ни за что на свете. Только не сейчас. Хотела повесить его на зеркало заднего вида, но потом решила взять с собой. Не хочу с ним расставаться.

На стоянке утром полно народу и машин. Просто я приехала очень поздно. Обычно я приезжала на полчаса раньше.

Сегодня моросит дождь.

Это просто вишенка на торте моей дерьмовой ситуации.

Прихожу за свое рабочее место и сразу надеваю наушники. Мне нужен боевой азарт от Антона Наумова. Но, когда перелистываю свой блокнот, который в прошлом году выронила в кабинете босса, замираю.

Подбородок дрожит.

На той странице, которая исписана композицией «КозелКозелКозелКозел…» есть приписка.

Закрываю глаза, пытаясь сдержать слезы.

«Козлы тебя нехило заводят».

Встаю и иду в туалет. Плачу там минут пятнадцать. Я уже решила, что сошлюсь на какую-нибудь африканскую лихорадку. Выгляжу супер ужасно.

Когда возвращаюсь на место в опенофисе ПУСТО, как после апокалипсиса. Это меня немного отрезвляет.

Куда все делись?

Высмаркиваюсь и захожу в почту. Последнее в списке непрочитанных писем гласит, что все сотрудники должны явиться на линейку в холл на третьем этаже к 09.15.

Блин. Уже 09.20.

Встаю и тороплюсь к лифту. Вместе со мной еще несколько таких же опаздунов. Такие линейки — это очередной командообразующий высер, призванный сплотить коллектив. Может и есть в этом что-то, иначе я половины сотрудников никогда бы не узнала в лицо.