Незваный гость

— Друзья, Смерчинский, — положил ему рука на плечо Кир. — Можешь считать себя, скотина, моим младшим братом. Ха-ха. — И он попытался захватить друга за шею, тот, однако, спокойно стоять не стал, и пару минут они в шутку боролись. Победила дружба. Вернее, хороший друг — Дэн поддался. И они медленно пошли дальше, сопровождаемые собственными грозными тенями, которые вытянулись на несколько метров.

— Выпить хочешь? — вдруг спросил Дэн самоотверженно.

— О-о-о, — протянул Кирилл. — Испугался, что друг сваливает?

— Если ты скажешь, что это твоя очередная шутка, я тебе морду набью.

Если Смерч и ожидал, что друг рассмеется радостно и подтвердит: «Да, чувак, да, я наколол тебя, это просто прикол был!», однако лицо того оставалось серьезным и как будто даже усталым, как будто бы он не мог больше бороться со сложившимися обстоятельствами.

— Я бы сказал, да это не шутка, — без улыбки произнес Кир. — Кто шутит такими вещами.

— Такие, как ты. Я твои пранки до сих пор забыть не могу, — вспомнилась Дэну одна из любимых забав друга. Он любил звонить людям, нести какую-то невероятную чушь, вводя в заблуждение, и все это записывал, а после даже выставлял на каком-то пранкерском сайте. Дэну подобные забавы были чужды, как Киру его любимый баскетбол. От физры у Плотникова вообще было освобождение — не потому что тот болел, просто приходить на физкультуру и, как он говорил, заниматься чепухой, парню не нравилось. И он отлынивал. Кир не прочь был бы отлынивать и от других предметов — учиться он любил и знания впитывал, как губка, да только вот отношения с одноклассниками у него не складывались. От слова совсем.

— Не забывай, — великодушно разрешил ему Кезон. — Меня вообще забывать не стоит, Смерчинский.

— Ты, типа, уникальный? — насмешливо спросил Денис.

— Что-то вроде того, — важно подтвердил его старший друг. — Вот увидишь, дружище, однажды ты осознаешь степень моей уникальности. Был бы ты девчонкой, я бы приказал тебе ждать меня, — засмеялся вдруг Кир. — Ты был бы единственной адекватной герлой. А не шкурой на ножках, — с какой-то неприязнью сказал он, возможно, имея в виду кого-то конкретного. Смерч его понял.

— Не надо таких намеков, держи свое шизо при себе, — спокойно заявил он. — Иначе придется ограничить наше общение.

— Оно и так ограничиться, — помрачнел Кирилл. У него зазвонил телефон, хрипло издавая тяжелую ритмичную музыку, которая едва ли не сливалась с мощным рычанием вокалиста. Отвечать на звонок он не стал — сбросил. — Мать. Не хочу домой, — сказал он раздраженно. — Что ты там говорил про выпить? Пошли в бар. Бабло есть. Я буду пить, а ты смотреть. И жрать.

— А алко тебе продадут? — насмешливо взглянул на друга, пока еще не достигшего совершеннолетия, Денис.