Незваный гость

— Ты такой остроумный, — улыбнулся холодно длинноволосый. — Кезон. Запись нового альбома больше нет смысла откладывать. Или ты возвращаешься, и мы начинаем работать над материалом, или ты дальше занимаешься *запрещено цензурой*.

— Да черт подери! — воскликнул раздраженно Кирилл. — Я устал после этого вашего европейского турне! Задрали! Я хочу побыть дома! Я хочу отдохнуть!

— Давай со мной ты будешь честным. Ты уехал из-за женщины, — оставался таким же спокойным, словно в противовес Кезону, брюнет по ту сторону экрана. Он убрал руки с дивана и склонился к ноутбуку, отчего можно было разглядеть цвет его проницательных глаз — не темно-карие, как я думала, а серые, и, кажется, подведенные черным карандашом. — А ты ведь знаешь, что я не приемлю подобного. Ты отлично знаешь, как самочки мешают делу.

Кажется, эти слова не понравились Кириллу.

— Гекки, давай без этого. Бесит. Я уехал отдохнуть. И набраться вдохновения. Сейчас я пишу откровенное дно.

— Именно поэтому позади тебя стоит крошка. Вдохновляет? — без улыбки поинтересовался этот самый «Гекки».

Я чуть не уронила поднос, наконец, поняв, кто был собеседником Кирилла. Гекки — Гектор. Сам фронтмен «Красных Лордов»! Основатель и идейный вдохновитель!

«Быть не может, не может быть», — билась в голове мысль конвульсией.

Но я все же не юркнула за угол, как требовало единогласным голосованием сообщество головастиков, а прошла в гостиную, поставила поднос на журнальный столик и села на кресло — так, чтобы оказаться вне зоны видимости камеры ноутбука.

Зачем я спряталась от грозного взгляда вокалиста, сама толком не поняла, зато точно осознала, что человек он суровый — и на промо фотографиях к альбомам, и вживую, видимо. Складывалось ощущение, что человек он очень отстраненный, этакий Снежный Король — аналог Снежной Королеве, все мысли которого занимает только музыка. Хотя на сцене он бывал горяч, и устраивал феерические, на грани фола, шоу.

Я прислушивалась к их дальнейшему разговору, стараясь даже не дышать, и делая вид, что я тут просто так. Чае вот пью, конфетки ем…

— Это не крошка, — невозмутимо отозвался Кезон. — Это девушка моего брата, у которых я остановился.

— Пусть так, — так я и не поняла, поверил ли ему Гектор или нет. — Но откровенное дно — это твоя мания.

— Какая еще мания? — недобро сощурился Кирилл. Жаль, я не могла больше видеть лица Гектора — лишь слышала.

— Та самочка… Если она чужая, зачем стелиться? Прими это и иди дальше, — с каким-то философским спокойствием сказал Гектор. Нет, голос у него, и правда, был весьма необычным. — От твоих глупых поступков она не перестанет быть чужой.

— Прими? — с горечью переспросил Кезон, видимо, забыв обо мне. — Принять — это смириться.