Судьба по книге перемен

Стоит и ни шагу не может ступить. Скорей, чтобы вылечить кошкину лапу, воздушные шарики нужно купить».

– Только, по-моему, «поранила», а не «порезала», – буркнула Маня, пряча глаза, чтобы не смотреть на него с восторгом.

Оказывается, он тоже знает стихи про кошку!

– Нет, нет, «порезала», я точно помню. Как ваши дела, Маня? Расследование продвигается?

– Буксует.

– Кто эти женщина и ребёнок, которые у вас гостят? Впрочем, девочку я узнал, она была у Эмилии, когда я приходил в первый раз. Женщина – её мать?

Маня кивнула.

– Почему они живут с вами?

– К ним пришли бандиты, – сказала Маня. – И требовали отдать то, что они забрали у Эмилии. А они ничего не брали!

Фигурку Хотэя она не упомянула.

– Сильно пугали?

Маня кивнула.

– Лёле дали срок до сегодняшнего дня, чтобы она отдала. И она прибежала ко мне.

– Почему к вам, а не в отделение?

– Лев, чем им могут помочь в отделении?! Лёля перепугана, им негде ночевать, у них дома замки все сломаны!

– Вы видели сами?

– Нет, но я ей верю. А в «Астории» абсолютно безопасно!

– И вы, зная, что на вашу товарку напали, целый день шатались по городу и продолжали ваше расследование?

Маня вновь кивнула.

– Отлично, – похвалил Лев. – Я дам вам двугривенный за сообразительность. Вы просто преступно легкомысленны, Маня.

– Да никакая я не легкомысленная! – возразила она с силой. – Легкомысленными бывают молодые особы, которым скучно жить. А мне жить не скучно. Просто я считаю, что… должна, понимаете?

– Нет, – сказал Лев. – Не понимаю. На мой взгляд, вы должны прекратить ворошить осиное гнездо и уехать в Москву. Вот прямо сейчас. – Он посмотрела на часы. – Вечерним поездом. Я могу взять вам билет.

– Я не поеду в Москву, Лев.

Он посмотрел на неё. Она отвернулась и выпалила:

– Алекс переключил звонки на секретаршу издательства. – Слезы подступили ей к глазам. – Я ещё не похоронила тётю и так и не выяснила, кто её убил, а он… переключил телефон. И я осталась совсем одна!

– Я с вами. Вы не одна.

– Да вы-то тут при чём?!

– Прошу прощения, – спохватился Лев. – Это вам.

И подал ей странно большую коробку, которая всё время стояла рядом с ним.

Маня с сомнением посмотрела на него, а потом на коробку. И осторожно взяла. Она оказалась очень лёгкой, прямо-таки невесомой.

– Что это такое? – пробормотала писательница, позабыв про Алекса и сгорая от любопытства.

– Вы можете посмотреть.

Волька вскочил на диван рядом с хозяйкой и тоже уставился на подарок.

Маня развязала атласную ленту – как в кино! – подняла крышку и развела покровы шелковистой бумаги.

И застонала.

– Вы просто… вот вы просто… вы сумасшедший, вот вы кто!

– Вовсе нет.

Обеими руками Маня вынула из коробки… шляпу."

"Это была самая удивительная из виденных ею шляп – тонкая, лёгкая, искусно сработанная, дивной формы.