Судьба по книге перемен

Вот именно, – сердито сказала где-то поблизости тётя Эмилия. – Ты дожила до своих лет и всё ещё убеждена, что любить можно только за что-то! Просто так – нельзя. Тебе нужно учиться думать по-другому.

– Как это, по-другому? – пробормотала Маня.

– Прошу прощения?

– Да это просто… мысли вслух, – спохватилась та. – Вы знаете, в последнее время мне то и дело кажется, что я сошла с ума! То как будто тётя со мной разговаривает, а иногда я засыпаю, а наутро ничего не помню.

– Бьюсь об заклад, вы не сошли с ума, – заявил Лев. – Мы с Вольдемаром отправляемся на прогулку, а вы придумайте имя для этой славной малышки!

И он кивнул на игрушечную собачку в руках у Марфы.

– Маня, – пробормотала девочка.

– Что? Что, моя хорошая? – вскинулась писательница. – Хочешь ещё малины?

– Собака Маня, – сказала Марфа. – Её так зовут.

– Прекрасное имя, – одобрил Лев. – Кстати, мы завтра отправляемся в путешествие в час дня. Катер будет ждать нас вблизи Синего моста, чтобы вам не ходить далеко, Маня.

От «Астории» до Синего моста было рукой подать, метров сто, должно быть. Но там не было никакой пристани!

– Я обо всём договорился, – продолжал Лев, словно угадав Манины мысли. – Там вполне удобный спуск к воде, всего несколько ступеней, вас он не затруднит.

– Если окажется, что вы негодяй и преступник, – пробормотала Маня, – мне придётся уйти в монастырь.

– Не придётся, – уверил Лев, и они с Волькой удалились.

Маня подождала, когда парочка проплывёт мимо высокого окна – безупречный джентльмен со смешной жизнерадостной собакой, – и они с Марфой поднялись в номер.

Марфа весь вечер играла с новой игрушкой, а Маня рассматривала её рисунки в тетрадке.

Когда явилась Лёля, раскрасневшаяся и смущённая, словно всё это время целовалась на скамейке возле памятника Пржевальскому, Маня объявила ей, что они должны найти картинку, с которой Марфа срисовала «ладонь Фатимы».

Лёля не сразу сообразила, о чём говорит писательница.

– Как же мы её найдём, эту картинку? – спросила она, наконец сообразив. – Она же наверняка осталась в квартире на Мойке!

– Там и найдём, – решительно ответила Маня.

К Синему мосту выдвинулись следующим порядком: впереди Лев с Волькой на поводке. Следом Маня с тростью и в новой шляпе. Она то и дело оглядывалась по сторонам в поисках вчерашнего соглядатая, но того не было видно. Затем Лёля с Марфой за руку. Марфа прижимала к груди игрушечного бультерьера, копию настоящего.

Туристы останавливались и смотрели на процессию.

– Я думала, ты пошутила, – нагоняя Маню, негромко сказала Лёля. – Насчёт прогулок по водам! Маня, я считаю, мы с Марфой должны остаться, а вы отправляйтесь! Ну, правда, зачем мы-то тебе нужны? И этому… господину?

– Его зовут Лев Граф. Граф – не титул, а фамилия.