Ничего, кроме обольщения

Но эти мысли мелькали лишь в подсознании Кэти, когда она стояла перед парадной дверью огромного загородного особняка. Поместье даже близко не было таким большим, как Хаверстон, но все равно выглядело внушительно, и Кэти овладел неведомый прежде страх. Нет, это была не правда. Она ощущала тот же страх, что и в первый раз, когда приехала в Хаверстаун. Она уступила ему тогда и не доехала так далеко, прямо до двери ее родственников. Кэти была на грани того, чтобы снова поступить так же, развернуться и умчаться прочь в любом направлении подальше отсюда…

— Я могу вам помочь, мисс?

Дверь открылась.

На пороге стоял старик в безукоризненном черном костюме, который обычно носили слуги. Дворецкий Миллардсов? Нет. Дворецкий ее семьи. Проклятье, именно ее семья жила здесь. Возможно, они отреклись от ее матери, но это не означало, что она не являлась одной из них. И тот скандал произошел много лет назад. Аделина, может быть, никогда и не простила их за это, но, возможно, ее семья сожалела о своем поступке. И Кэти никогда не узнает, так это или нет, если не скажет им, кто она.

— Я — Кэти Тайлер."

"Лицо старика оставалось совершенно непроницаемым.

Он вообще не узнал фамилию «Тайлер». Что ж, возможно, он работал в поместье недавно и был плохо знаком с домочадцами, или, скорее всего, семейство не обсуждало личные вопросы со слугами. Или, скорее всего, фамилию «Тайлер» просто не помнили двадцать три года спустя.

— Я бы хотела поговорить с хозяйкой дома, если она принимает.

— Входите в дом, мисс, — он указал рукой внутрь. — Сегодня дует холодный ветер.

Она не обращала внимания на ветер, пока он не упомянул о нем. Дождь прекратился где-то посреди ночи, но из-за плотной облачной завесы, застилавшей небо, солнце не светило этим утром.

Дворецкий проводил ее в просторную комнату, обставленную как гостиная. Тот факт, что ей даже позволили войти внутрь, означал, что ее бабушка должно быть дома. И испытываемая ею тошнота ухудшилась. Но помимо этого неприятного ощущения была и значительная доля страха, и от волнения у нее сковало горло. Это был дом, в котором выросла ее мать! Сидела ли она на этом украшенном коричневой и розовой парчой диване? Грела ли руки у камина? Что за мужчина изображен на портрете, висевшем над каминной полкой из красного дерева? Темноволосый и имеющий аристократическую внешность, он был невысок, но весьма красив.

Отец Аделины? Ее дедушка? Или еще более давний предок?

Боже, сколько же семейной истории хранится в этом доме! И секретов. Расскажут ли они ей о них? Поделятся ли они своими воспоминаниями?

— Моя мать отдыхает. Она не очень хорошо себя чувствует. Может, я смогу вам помочь?

Кэти развернулась. Позади нее стояла женщина средних лет с тусклыми каштановыми волосами и изумрудными глазами. Глазами Кэти.