Они (не) ваши, босс

Юля купила мне очень красивое фиолетовое платье и черные замшевые туфли. Я сделаю красивую прическу и ярко накрашусь. А еще я сделаю все, чтобы Артем стал моим».

«Я ненавижу его! - слово «его» было размыто, и дальше, некоторые слова - тоже едва читались. - Я думала, что это произошло по любви. Думала, что нравлюсь ему. А он сказал, что это вышло случайно».

В половину восьмого утра Матвей безжизненным взглядом наблюдал за слепящим солнцем, рвущимся в его кабинет из-за темно-бордовой шторы.

За окном уже гудели машины, слышались голоса соседей, а в его виски словно сверлом вкручивались последние слова из дневника Насти:

«Из-за нее я никогда не смогу родить! Я ее призираю! Пусть она сдохнет!!!»

Всю эту ночь он провел в кабинете размышляя о многих вещах. Мысли о том, каким он был слепым все это время, сменялись мыслями об Алине и девочках.

«Если бы я вовремя не приехал к Алине, то могло бы случиться непоправимое», - все еще находясь в шоке, думал Матвей.

Затем он на секунду представил, как Настя приблизилась к Соне и Тасе и его тело разом окаменело. Горло сдавила невидимая рука, мышцы передернулись под смуглой кожей.

Ведь Настя с легкостью могла оказаться рядом с его дочками. И одному богу известно, как бы она вела себя с ними, учитывая, насколько сильно ненавидела их мать.

«Нельзя жить с человеком только из-за чувства вины, - вспомнил он слова матери. - Думаешь, я не вижу, что ты несчастлив? Не повторяй наших ошибок, Матвей. Отец в свое время женился на мне, только потому что я была беременной. И ты наверняка помнишь наши скандалы и вечные претензии друг к другу…»"

"«В этом-то и весь парадокс, - горько усмехнулся тогда Матвей, - отцовское воспитание не позволяет мне поступить иначе. Или ты считаешь, что беременную девушку бросить нельзя, а ту, которая из-за тебя никогда не сможет забеременеть - можно?»

Откинувшись на спинку кресла, Матвей долго и вдумчиво смотрел куда-то сквозь стену и воскрешал в памяти день аварии.

Он хорошо помнил, как, зажав плечом мобильник, разговаривал с одним из своих сотрудников, затем телефон упал на сиденье, Матвей на секунду отвлекся и машину повело на встречную полосу.

Настя среагировала молниеносно: схватившись за руль, она крутануло его так, что выровняться было уже невозможно.

Если бы у них было еще хотя бы пару секунд, то машина попросту бы скатилась в кювет. Но встречная иномарка летела как выпущенная стрела…

И влепилась в них на полном ходу.

Тогда, вспоминая, как Настя схватилась за руль и помешала ему перестроиться на свою полосу, Матвей думал: она просто запаниковала. Испугалась. Сработала защитная реакция.

А теперь, зная, на что она способна, Матвей мог смело предположить, что Настя сделала это нарочно.

Потому что ей нужна была эта авария.