Они (не) ваши, босс

Ведь все задуманное ранее уже сбылось: они наконец-то стали москвичами, на днях переехали в собственный дом, расположенный в черте столицы, теперь осталось сыграть свадьбу и завести ребенка.

Ребенка…

О котором Настя так долго мечтала, но, увы, сама родить уже никогда не сможет.

До сих пор Матвея терзало чувство вины перед ней.

Если бы он тогда не отвлекся на звонок, если бы машина не вылетела на встречную полосу и не врезалась в легковушку…

- А где вы с ней познакомились? - отвлекла от воспоминаний Настя. - С Алиной, имею в виду, - уточнила она и подцепила вилкой лист салата.

- Мы когда-то встречались, - не раздумывая ответил Матвей.

Он догадывался, что Настя рано или поздно об этом узнает. Так что пусть лучше услышит от него, чем от кого-нибудь другого. Иначе ей обязательно покажется подозрительным, что он это скрыл от нее.

- Встречались? - захлопала глазами Настя и, подавившись едой, закашлялась. - Давно?

- Давно, - кивнул Матвей и отправил в рот очередной кусок мяса.

- А из-за чего расстались? - не отступала Настя."

"- А это так важно? - бегло взглянул на нее Матвей и снова устремил взгляд в тарелку. - Милая, прошло почти шесть лет. Не думаю, что нам вообще стоит говорить на эту тему.

- Окей. - Настя выставила перед ним ладони. - Как скажешь, дорогой. Раз ты не хочешь ворошить прошлое, значит, не будем. - Она мило улыбнулась и снова приступила к еде.

«Ворошить прошлое…» - проговорил про себя Матвей и перед глазами появилась картинка, как Алина сидела напротив него в «Рандеву».

Ее стройную фигуру обтягивало синее платье, на голове были кудри, на лице - как всегда лучезарная улыбка.

В тот день он видел ее в последний раз.

Матвей до сих пор поражался, какой гордой оказалась Алина: она за считанные часы выехала из его квартиры, затем сменила номер телефона, адрес, заблокировала страницы во всех соцсетях и почти шесть лет не давала о себе знать.

Сейчас Алина по-прежнему казалась ему милой и привлекательной, но теперь ее взгляд не был теплым и по-детски наивным - он был взрослым, чужим и холодным. А ее голос отныне звучал черство и безразлично.

Но одна черта характера все так же осталась при ней: Алина ни-ког-да не умела врать.

Матвей вспомнил, как она рассказала ему о своих дочерях. Тогда он сразу заметил, как сильно она разнервничалась. Ее руки дрожали, глаза бегали, щеки залило краской.

И телефонный разговор с отцом ее дочерей тоже показался ему слишком сумбурным и даже немного наигранным, что ли. Как будто он был спланирован заранее.

«Такое чувство, что Алина либо пыталась мне что-то доказать. Мол, смотри, пока ты там строил карьеру, я успела побывать замужем и у меня появились дети. Либо… она хотела что-то от меня скрыть», - предположил Матвей и с задумчивым видом отпил кофе.