Орден Черного солнца

– Толково, но как они попадут на территорию аэропорта?

– Там есть один место, через который мой людь войти туда. В ограда есть маленький дырка, про который знает только мой людь.

– Значит, на том и порешим, – кивнул Алексей. – Ночью?

– Ночью, – коротко кивнул доктор и, поднявшись, вышел.

Внимательно слушавший их разговор Васильев приподнялся на локте и, настороженно глядя на своего помощника, тихо спросил:

– Леша, что ты задумал?

– Самолет, на котором нас всех перевезли сюда, все еще стоит на аэродроме. Я хочу захватить его. Вместе с пилотами, конечно. Сам я такую дуру водить не умею. Это самый простой и быстрый способ вернуть нас всех на родину.

– Но при пересечении границы от нас потребуют всякие коды и тому подобные штуки. В противном случае нас просто собьют. Не забывай, что все воздушное пространство страны контролируется системой ПВО.

– Это я хорошо знаю. Придется при первом же запросе на открытой волне требовать связи с ФСБ или тому подобной конторой и рассказывать, что произошло, – вздохнул Алексей. – Кстати, вот здесь ваше имя нам очень пригодится.

– Я готов сделать все, что вы скажете, Алексей, – решительно ответил профессор.

– Вот и хорошо. А пока отдыхайте, Олег Борисович. Силы вам еще потребуются.

– Алексей, а вы уверены, что у вас получится? – с расстановкой спросил Васильев.

– Нет, – откровенно признался парень после минутного молчания. – Я ни в чем не уверен. Но выхода другого у нас нет. Тащить такую толпу народу через границы, без проводника, документов и даже без припасов, глупо и слишком опасно. Смертельно.

Вздохнув, он вышел из хижины и, подумав, отправился к женщинам за лепешками. Поесть он так и не успел. Едва перекусив, парень снова вынужден был отвечать на вопросы. На этот раз к нему пристал один из англичан и, решительно ухватив за пуговицу, принялся требовать показать ему тело Спенса. Посмотрев на зануду, как на слабоумного, Алексей сделал глубокий вдох и, призвав на помощь все свое терпение, принялся растолковывать:"

"– Я не знаю, где похоронили профессора Спенса. Да, я уверен, что он погиб. Я видел его перерезанное горло. Он плавал в луже собственной крови, – и так далее по списку.

Минут через двадцать, когда научный зануда договорился до того, что тело необходимо взять с собой для передачи родственникам, Алексей понял, что еще немного, и свернет ему шею голыми руками. В очередной раз загнав злость поглубже, он удрученно покачал головой и медленно, словно говоря с маленьким ребенком или слабоумным, ответил:

– Вы представляете, что будет с трупом на такой жаре и при такой влажности? Через два часа он начнет вонять, а через четыре покроется сплошным ковром личинок, которые будут поедать его прямо у вас на глазах.