Особое положение

Сильная принцесса. И правителем станет умным, справедливым.

Я вовремя прикусил язык, вспомнив, что у степняков управлять могут как мужчины, так и женщины.

Около часа мы сидели молча, глядя на шатер. Оттуда не доносилось ни звука. Проснувшиеся наранцы сидели мрачные и злые. Мои воины не шутили над ними, понимая, как обидно попасться вот так просто. В конце концов Борк поднялся и отошел к своим, отдал короткие приказы и вернулся обратно.

– Пусть займутся делами, – ответил на мой невысказанный вопрос. – Лучше так, чем сидеть и мечтать о мести.

Полог шатра опять взметнулся. Сначала вышел поникший Нур с таким видом, точно его и правда отлупили. Затем появилась Эсфер. Строгая, очень красивая. Не такая, как Рада, но тем не менее сердце трепыхнулось при виде золотых волос и смуглой кожи. Я с деланым безразличием опустил взгляд, сделав вид, что проверяю остроту меча. А сам прислушивался к разговору. Голос Эсфер звучал строго, но при этом без злости.

– Покажешь, чего ты стоишь, и тебе открыта дорога в воины. Это лучше, чем бродить по степи голодным и замерзшим. Ты из хорошей семьи, у тебя красивое имя, а здесь бегал как собачонка при подлецах, получил мерзкое прозвище. Стоит оно того?

Мальчишка покачал головой и быстро вытер лицо рукавом. Эсфер тронула его за плечо.

– Потому собирай вещи и иди к моим людям.

Стараясь ни на кого не смотреть, мальчишка поплелся выполнять ее приказ, а она, проводив его взглядом, направилась к нам.

– Вы верите, что он перевоспитается? – встретил я ее вопросом.

Эсфер хотела ответить, но недавние события поколебали ее самоуверенность.

– Посмотрим, – ответила после паузы. – Он еще ребенок и заслуживает свой шанс. Тем более что у разбойников он всего третий год. Путешествовал с матерью караваном, при нападении бандиты взяли ее в плен, а он побежал следом и потерялся в Степи. Старик его нашел и приютил.

– И он стал служить тем бандитам?

– Нет, то была другая банда.

– Его мать может быть жива?

– Вряд ли. Женщин или продают, или они умирают уже в первый месяц от насилия. При продаже ценятся девственницы, так что вряд ли ее продали. И в этом частично есть и ваша вина.

– Моя?! – поразился я.

– Вернее, Игенборга. Слишком хорошо боретесь с преступностью, вот они со всех щелей к нам в Степь и лезут после ваших облав. Откуда, думаете, берется весь этот сброд, что нападает на караваны?

– Ну, знаете… – От наглости такого заявления я даже шеей покрутил. Как она посмела даже краем замарать меня обвинением в причастности к насилию?!

– Это так, но приношу свои извинения за резкость, – сменила она тон. – Я, наоборот, хотела поблагодарить за то, что вы нас спасли.