Остановите музыку

Можно поминать Костика, как звали. Обомлеет.

Нина небрежно пожала плечами.

— Мне нужно произвести впечатление не на него.

— Как раз на него и нужно. Совсем, что ли, сдурела? Ради чего мы тогда стараемся? У тебя есть красная помада? Сюда нужно именно красную, темную.

— Тебе бы стилистом быть, Грет.

— А я и есть стилист. Витька понавезет дур деревенских, в салатовых кофтах до пупа, а я потом с ними мучаюсь, учу, как одеваться надо, чтобы мужики с запросами не шарахались. Так есть помада?

— Есть. — Нина улыбнулась своему отражению. Грета заметила, приблизилась и ущипнула за щеку.

— Конечно, у тебя есть, — обличающим веселым тоном проговорила она. — Ты же знаешь, что тебе идет. Только строишь из себя дурочку.

Нина рассмеялась. Провела ладонями по бокам, наслаждаясь тем, какая нежная ткань у нее под пальцами. Сколько лет прошло с тех пор, как она дотошно выбирала себе наряды, собираясь покорять чужие сердца? Правда, тогда боролась за медаль, а сейчас за свое настоящее и будущее."

"Ресторан, в котором должен был состояться ужин, носил название «Аристократ». Хоть смейся, хоть плачь, думая о чужих амбициях и самомнении, но войдя в вестибюль, Нина невольно замедлила шаг, впечатленная интерьером. Будто и правда попала на пару веков назад. Дубовые панели, картины, в золоченых рамах, огромные зеркала и мебель на гнутых ножках. У входа ее встретил не охранник, а швейцар в ливрее, вежливо поклонившийся при ее появлении. Прямо-таки захотелось дать ему чаевые.

— Желаете поужинать?

Нина посмотрела на возникшего перед ней метрдотеля в пиджаке, по крою напоминавшем старомодный сюртук.

— Меня ждут. Константин Шохин… — начала она, и тут услышала его голос совсем рядом.

— Эта дама ко мне, Борис.

Метрдотель нацепил на лицо благодушную улыбку.

— Приятного вечера.

Нина неотрывно смотрела ему в спину, затем негромко проговорила:

— С ума сойти.

— Что?

— Я обалдела, — честно и, наверное, несколько вульгарно высказалась она, повернулась к Шохину и почувствовала жаркую волну, встретившись с ним взглядом.

— Я тоже обалдел, — не остался он в долгу, но его слова относились к ней, и вызвали легкий румянец на ее щеках. — Шикарно выглядишь.

— Спасибо. Я старалась. — И тут же решила пояснить: — Для твоего московского приятеля. Чтобы у него уж наверняка не осталось шансов.

Шохин рассмеялся.

— Не останется. — Подставил ей свой локоть. — Пойдем в зал?

Нина не сразу поймала себя на мысли, что затравленно оглядывается. Заставила себя улыбнуться и кивнуть, положила ладонь на его локоть.

— Пойдем.

Наверное, они на самом деле смотрелись вместе неплохо, Нина замечала, как их провожают заинтересованными взглядами.