От ненависти

За ночь она окончательно высохнет и уже утром я смогу вернуться ее на место!

Улыбка пронеслась на губах, стоило представить, как удивится Амран. Я очень надеялась, что ему будет приятно увидеть вазу целой. Все-таки это дорогая вещь, которую я очень старалась привести в тот же вид. Только переживала, что стыки все равно прослеживались…

— Что ты делаешь? — внезапно услышала я позади.

Оглянулась и резко поднялась с дивана, за которым стоял Амран. Каким-то образом он бесшумно оказался рядом.

Я ничего не успела сказать — муж сам увидел. Приблизился к столу и едва заметно вскинул брови.

— У меня рука не поднялась дать ее выбросить, — поспешила объясниться я, нервно закусив губу. — И… осталось совсем немного доделать!

На самом деле ваза еще плохо выглядела, и я заволновалась, что муж посчитает это напрасной тратой времени. Он аккуратно провел пальцем по рисунку, где едва прослеживался шов, и напряжение прошло внутри, когда встретился с моими глазами.

— Как тебе это удалось? — спросил Амран неожиданно теплым, одобрительным тоном.

Оторопев на мгновение, я неуверенно пожала плечами, а он, продолжая смотреть на меня, задумчиво улыбнулся. И взгляд невольно приковало к его лицу. Я ведь почти не видела, чтобы муж улыбался, а сейчас была буквально очарована тем, как же он преобразился.

— Твоим рукам позавидует любая хозяйка, — бархатным тоном сказал Амран. — Ты молодец.

От этой похвалы аж воспарило все внутри. Меня так редко в жизни хвалили, что я даже и не знала, как правильно на это реагировать!

— Спасибо, — в конце концов, произнесла негромко.

Затем рассеянно проследила, что муж взял пульт и вдруг выключил телевизор.

— Уже поздно, — непреклонно объявил он. — Идем спать — доделаешь завтра.

Наши глаза встретились, и я застыла будто замороженная. Сложилось колкое впечатление, словно мы подумали об одном и том же.

— Хорошо, — согласилась я едва слышно. — Я только… уберу тут немного.

Муж глянул на стол, где были разбросаны всякие инструменты, но не стал возражать. Коротко кивнул и направился к двери. А я, провожая его взглядом, пыталась понять: он имел в виду идти спать вообще или… с ним?..

Даже, когда все было убрано, я не могла наверняка себе ответить. Перед самым уходом посмотрела на вазу, которую планировала доделать завтра утром — всего ничего осталось, чтобы вернуть ей прежний вид. И внезапно мысли в голове, как эта ваза, пазлами собрались в единую картину.

Я могла притвориться, что не поняла его. Сбежать, как сделала это утром. Или… хотя бы раз шагнуть навстречу мужчине, который встал на мою защиту и пока, несмотря ни на что, не позволил себе ни разу оскорбить или унизить меня.

Когда я выходила из зала, решение уже было принято. Я поднялась на второй этаж и пошла прямиком в свою комнату.