Отвергнутые жёны, или Амазонки поневоле

И не боялась соваться вглубь джунглей, словно разговаривала с лесом на одном языке. Её чуткий слух улавливал малейшие шорохи.

Столкнулись мы с ней случайно: Кея держалась немного обособленно, не любила шумных сборищ. Однажды на охоте она не заметила большого удава, притаившегося среди листвы. Змея приготовилась к броску, когда Кея с копьём наперевес подкрадывалась к отбившемуся от стаи сципиониксу. Я успела заметить, как на солнце блеснула чешуя, и мозг среагировал моментально: бросившись вперёд, повалила женщину на землю, и над нами стрелой пролетело длинное тело. Змея, промахнувшись, гулко шлёпнулась вниз и стремительно исчезла в кустах.

Кея, шипевшая подо мной, как разъярённая кошка, притихла, потом поднялась на ноги, отряхнула мусор с одежды.

- Спасибо, Ана. Я не видела её.

Она была немногословной, но стала всё чаще проситься со мной и Наей. Дая не противилась, зная, что мы редко возвращаемся без добычи.

Вышла из шатра, умылась в ручье, ко мне присоединилась проснувшаяся Ная. Кея уже собралась, приторочив сбоку пращу, проверив копьё и заткнув за отворот набедренной повязки нож."

"Прихватив своё оружие, мы вышли из деревни. Солнце только начало путь по небу, ещё не опаляя землю нестерпимым жаром, но тёплыми ладонями лаская просыпавшийся лес. Тропические заросли необычайно красивы с утра своим ярким очарованием. Тёмно-зелёные листья блистали «лаковым» покрытием, на ветвях распускались яркие соцветия, пальмы раскидывали свои веера над головой. Здесь вообще все растения росли буйно, дружно тянулись к небу, иногда достигая тридцати метров. Папоротники вили над головой кружевные шатры, ложившиеся ажурными тенями на землю. Кора деревьев-великанов казалась морщинами на их ликах, корни толстыми канатами уходили в почву, иногда заплетаясь в прочные косы, где с удовольствием укрывались змеи и мелкие хищники.

Ступали тихо и осторожно, стараясь не привлекать к себе внимания. Для здешних плотоядных мы всего лишь ещё одно блюдо в рационе. Прошли заросли огуречных деревьев, дальше начиналась моя личная terra incognita. Я всегда с трепетом обследовала новые места, присматриваясь к разнообразию флоры и с интересом изучая повадки зверей. Ведь о нраве животных говорит каждая деталь: как психологи «читают» людские характеры, так я всякий раз расшифровывала книгу поведения обитателей полей, лесов, саванн и джунглей.

Мы аккуратно обошли кусты жгучего крапивного дерева и вышли на широкую прогалину, протянувшуюся метров на двадцать. На другом её конце папоротники разрослись так густо, что там было темно. Удобная лёжка для зверя. Крадучись, поднялись чуть выше от опасного места, но тут моё внимание привлекли знакомые звуки. Так пищат тигрята, жалобно, но с присущей им хрипотцой.