Парадокс Севера (СИ)

Я не понимал, чего внутри было больше: злости от того, что проиграл, униженного самолюбия или реальной боли от потери девушки, которую должен любить.

Упав на кровать, я пялился в небо, стараясь выкинуть из сердца все лишнее, чтобы найти тот самый, верный ответ. А оно вдруг нарисовало другой образ. О котором, барахтаясь в своей разбитой мужской гордости, я совсем забыл. Образ девушки, которую сам случайно обидел.

А ведь она откуда-то узнала. И просто хотела меня предупредить. И тогда я впервые взял в руки белый конверт…

Не доходя до своей комнаты, я остановился. Развернулся и медленно шагнул в пустую напротив, когда-то принадлежащую брату.

«Если они встречались, должны же о ней хоть какие-то упоминания остаться, — подумал я. — Почему за то время, пока они были вместе, никто из нас ничего не знал?»

«А ты хоть раз спрашивал, придурок?» — подсказал собственный разум. Фиговый из меня вышел старший брат.

Я огляделся. Все здесь было также, как несколько лет назад, разве что комната без хозяина опустела. Пробковая доска на стене была истыкана кнопками, но на них ничего не висело. На полках скопился слой пыли.

Я открыл верхний ящик письменного стола, принявшись рыться внутри.

Тетради, журналы, записки. Пролистывая, откладывал их в сторону до тех пор, пока среди бумажек не натолкнулся на папку, внутри которой лежали фотографии. Я присел на кровать, рассматривая. На фото была она — Диана. И мой брат. А еще они были вместе.

— Ты любил ее…

Несмотря на то, что до сих пор не отпустил, я улыбнулся, впервые задумавшись, видит ли он меня оттуда. Если да, ему наверняка весело от того, в какую задницу я себя загнал.

Я перевернул фотокарточку, на обороте которой скакали строчки размашистым почерком: «Люби, жизнь коротка.

Не сдерживайся, ладно?»

Он словно стоял рядом, говоря это. А потом я поднял взгляд, уткнувшись в пустоту комнаты, и реальность ударила в грудь.

Мой брат мертв.

И почему-то сейчас сильнее всего казалось, что я его подвел.

Сложив фото, я убрал фотографии обратно в ящик, встал, но когда собирался закрыть дверь, на глаза попалась стоящая у стены шпага.

И одна совершенно безумная мысль пришла в голову.

Глава 48 - А если никто не узнает?

Хуже ошибки фехтовальщика только ошибка сапера. Примерно так обычно говорит мой тренер.

Техника, стратегия, тактика — все почти как на войне. Только сабли не заточены. И наконечником шпаги никого не проколоть.

А жаль…

— Ты должна биться так, будто от этого по-настоящему зависит твоя жизнь!

— Я и бьюсь."

"— В облаках ты, Солнцева, летаешь, а не бьешься, — выругался он, закрывая оборудование в шкафчик. На улице стемнело. И почти все зал покинули. Остались лишь некоторые студенты, оплачивающие дополнительные часы занятий, да я. — У нас новый парень. Перешел из другой команды.