Паук

Как будто я перешла на новый уровень и теперь должна была принимать и выдерживать всю его страсть! Может это была плата за откровение?..

Такое чувство, что время слилось воедино. Или после второго мощного оргазма я просто потеряла счет времени. Даже боялась, что это никогда не кончится. Арбатов словно голову потерял или пришел ко мне после долгого воздержания! Никак не мог насытиться.

В какой-то момент бандит сжал меня так, что казалось, вот-вот кости хрустнут и, наконец, замер внутри. Я притихла, маленькими порциями глотая воздух и непроизвольно вздрагивая от горячих импульсов. Подержав меня в тюрьме своей тяжести, он нехотя скатился, а я так и осталась лежать, не смея шелохнуться и глядя на робкую полоску света в шторах.

Глаза закрывались, тело болело в разных частях и налилось свинцовой тяжестью.

Снова ощущение, будто по мне танк проехал… Только все же что-то изменилось. Не было внутри того гадкого чувства, которое поселилось во мне после прошлого раза.

И я растерянно пыталась понять, почему?

— На зоне за твоим братом приглядывают, — неожиданно услышала и распахнула глаза. — Пока можешь спать спокойно — беспредела там не допустят.

Даже не верилось, что я услышала это. Вот оно… Вот, что изменилось. За своими страхами, я не придала должного значения упоминанию о брате! Если Арбатов и мог как-то поощрить меня за выдержку и послушание, то он только что это сделал.

Дал приобрести смысл, стимул и исцеление для своего, разорванного в клочья достоинства.

Я прикусила губу, по которой прошла дрожь, настолько меня захватили эмоции.

Невероятное чувство, когда тяжелейший груз сползает с сердца.

— Спасибо… — только и смогла выдохнуть в тишину комнаты.

* * *Ненавижу больницы. С самого детства ненавижу и остро ассоциирую с чем-то неприятным и жутким. Белые халаты, сосредоточенные лица, запах лекарств и стерильности витающий в воздухе — все это напрягает обстановку и без того заставляя прочувствовать каждую минуту ожидания. Наверное, эта самая банальная причина, по которой я и сидела сейчас как на иголках. Нервно покачивала ногой и пыталась игнорировать липкое, навязчивое чувство, что собралось в области груди. Будто я ни черта не группа поддержки, а соучастница преступления…

Мой взгляд то и дело обращался в сторону Насти, которая гипнотизировала одну точку в воздухе и постоянно царапала ногтем свою ладонь. Да, мы обе были не в своей тарелке. Несколько раз я порывалась сказать что-то ободряющее, как-то разбавить атмосферу, но слова упрямо застревали в горле. Подруга выглядела такой отстраненной и закрытой — я буквально ощущала кожей поле высокого напряжения, которое образовалось вокруг нее. Только коснись и ударит так, что мало не покажется.