Паук

Глядя прямо на тарантула положил руку на нардовую доску с выжженным рисунком паутины и раскрыл ладонь.

— Значит, понравилась, — заключил я, а жилы в пальцах прямо каменными стали, да и Ахмед не спешил идти в руку хозяина — неладное чуял, животное.

— Следовало ожидать, — осторожно подтвердил Костян. — Прикинул, что расклад не*уевый выходит, вот и выдохнул сразу.

Мохнатая тварь таки забралась ко мне на ладонь, успокаивающе щекотнув кожу мягкими лапами.

— Тем лучше, — одобрил я бесстрастным тоном и медленно выпрямился.

А Костя покосился на меня с напряженным блеском в глазах. Наверняка пытался уловить, на чем съедет мое хладнокровие. Но я не дал ему возможности много думать, и стальным тоном напомнил:

— Нас ожидает бал монстров, а не лохов. А еще залетные гости, которые на фуфло каждое очко будут вынюхивать. Все должно пройти ровно, ты меня понял?

— Понял, — глухо отозвался Костя.

Поднявшись с кресла, я прошел к стеллажу, где был установлен достойный террариум. Что дернуло изнутри, пока смотрел, как гордо переползает Ахмед в свой дом? Нет, не то, что Роману достается геморройный, но ценный алмаз, который придется огранить таким обходным путем. И не то, что этим шагом, я обращу в свою сторону добрую половину стволов. Именно сейчас меня не на шутку типала тишина. Ее тишина. Было бы гораздо спокойнее, если бы она попыталась сбежать, поговорить, вывести меня на реакцию, положив х*й на то, что я могу с ней сделать.

Но она как будто смирилась. Коварная реакция, которая нехерово так на тревогу раскачивала."

"Надеюсь, ты умная девочка, Катя, и не задумала испытывать судьбу. Не со зла я тебя ломаю. Хоть и осознаю. что загнал в террариум как этого тарантула, созданного для жизни на свободе.

КАТЯ

Только Бог знает, чего мне стоило посвятить родителей в то, что их дочь внезапно выходит замуж. Пришлось много врать и многое недоговаривать. Что муж бизнесмен, что очень занят и не может прийти на знакомство. Мне никогда не было так стыдно и неловко, но я как могла, сглаживала момент. Уходила от них с тяжелым сердцем, понимая, что оставила почву для переживаний, а не для радости.

Если бы закончилось все росписью, я, конечно же, не стала бы посвящать их и уберегла от лишних волнений. Но когда в тот же день меня повезли в самое известное ателье города, чтобы снять мерки, я поняла, что Демид не бросал слов на ветер. И это будет торжество, которое прогремит на весь мегаполис…

Уж лучше они узнают от меня, чем увидят это в новостях.

Как ни странно меня не беспокоили до самого дня «Х». И все это время я жила как на иголках, потому что не знала, когда он должен наступить! Настоящее испытание на прочность и волю.