Плакса (СИ)

— Ты труп! — прокричала она и запустила в него снегом.

Шумилин увернулся и снежок прилетел Андрею в грудь.

Повисла тишина, а затем разразился самый настоящий хаос. Марик потянул меня за руку и спрятал за своей широкой спиной, как всегда, защищая. Таким образом еще один пункт из моего списка зимних дел можно было вычеркнуть.

Поиграть в снежки, как в детстве.

С небольшим лишь изменением. Я не играла вместе со всеми. К сожалению, у меня не было такой способности, как у Саши — переключать свои эмоции, когда так было выгодно. Поэтому я наблюдала за всем происходящим из-за спины брата, радуясь тому, какими беззаботно счастливыми выглядели ребята, качаясь в сугробах, как дети. И как бы я хотела разделить этот момент с Лешей.

Алексей

Если и существовало в мире место, которое работало чем-то вроде подорожника, только для душевной раны — то это определенно была ледовая арена. Коробка размером шестьдесят на тридцать помогала заморозить рой эмоций, жужжащих в голове.

Взмах клюшкой, щелчок и шайба летит в бортик, ударяясь об него с характерным звуком.

Мысли становятся тише.

Еще один бросок и тело расслабляется окончательно.

Второе января хорошо тем, что ледовый дворец работает, а вот людей в нем нет. Можно арендовать на час лед для себя и очистить голову. Влетело это в немалую копеечку, но это того стоит.

Впервые за два дня я не схожу с ума от чувств, рвущих на части изнутри. Если повезет, благодаря физической нагрузке и усталости, мне удастся, наконец, поспать.

Посылаю еще одну шайбу и на этот раз она залетает в калитку. Неплохо, но можно лучше.

Пот ручьем катиться по лицу и спине, а легкие горят от недостатка кислорода. Лучше уж так, чем от лавины эмоций, стремящейся задушить меня.

Время на арене летит незаметно и часа кажется мало для передышки, но больше нельзя. У нас с парнями через пару дней игра, травмироваться или подвергнуть свой организм риску из-за недосыпа и чрезмерной усталости было бы глупо. А я не такой.

Взмахиваю клюшкой и со всей силы ударяю по шайбе, вкладывая в это движение всю свою оставшуюся злость. Громкий стук разносится по льду и я облегченно выдыхаю. Так-то лучше.

Со злостью легко управляться с помощью физической активности. А вот что делать с другими чувствами? Во что можно сублимировать предательство? А любовь?

Сердце сжалось в груди, но я списал это на сегодняшнюю нагрузку. Разве оно может болеть от предательства? У него другие функции, намного более важные, чем болеть из-за предательства.

Колени дрожат от напряжения, сил на заминку почти нет, но я все равно ее провожу.

Доковыляв до раздевалки, падаю на скамейку и прислоняюсь к стене тяжело дыша. Вот и все. Эмоции ненадолго утихли, но как избавиться от мыслей об Алисе?

Ее образ преследовал меня ночью, когда я лежал без сна.