Плакса (СИ)

— Он был ребенком, я не думала, что он что-то понимает. И, разве, я была не права? Вам было по восемнадцать лет, когда он родился. Вы еще сами были детьми, жизни не видели! Я говорила Лене — сделай аборт, не губи молодость. Но, нет же, не послушала. Пожинай теперь плоды."

"Отец перевел взгляд на меня, словно ожидая увидеть на моем лице боль или удивление. Ни одного, ни другого там не было и быть не могло. Ничего нового для меня не прозвучало. Я всегда знал, что нежелательный ребенок. И за годы примирился с этой мыслью.

— Мама, ты не имела права говорить такое моему ребенку!

— Ты думала я буду прыгать от радости? У вас не было ни кола ни двора и жили вы на нашей с твоим отцом, царствие ему небесное, шее.

Лицо мамы побледнело, а в глазах собрались слезы.

— Как ты могла, мама, — родительница всхлипнула и посмотрела на меня. — Прости меня. Я понятия об этом не имела.

— Тебе не за что извиняться, — сказал я. — Это были не твои слова.

— Все равно. Я, как мать, должна была тебя защитить.

Я промолчал. Потому что так оно и было. Глупо было бы отрицать и говорить, что я не обижен на нее, но этот разговор нужен был не для этого. Я справлюсь со своими чувствами — это дело времени. Но я не собирался больше быть грушей для битья в своей семье.

— Это уже неважно.

— А что же важно? — спросил отец.

— Меня вы уже не переделаете и не воспитаете. Все, что вы мне могли дать — вы дали. Я такой, какой есть и вы не слепите того, кого бы хотели видеть.

— Мы тебя любим таким, какой ты есть, — сказала мама и потянулась ко мне рукой, но я убрал свою.

Этот жест ранил ее, но я не собирался извиняться.

— Если это действительно так, тогда перестаньте лезть в мою жизнь. Я не стану бизнесменом, как отец, у меня другой путь, своя жизнь. И чем быстрее вы это поймете, увидите меня, а не человека, не оправдавшего ваши ожидания, тем легче нам всем будет.

— И какой же твой путь? Хоккей? — подал голос Иван.

— Не твое дело.

— С профессиональным спортом ты пролетел, — не переставал гнуть свою линию братец. — Так и будешь работать за гроши детским тренером и кататься в любительском клубе? Может это не мое дело, но не хочется прослыть младшим братом неудачника.

— Как-нибудь переживешь.

— Да? А об Алисе ты подумал? Ты думаешь, она будет жить с хоккеистом-неудачником?

Все произошло слишком быстро. В одну секунду я сидел на своем месте, а уже в другую, схватив Ивана за воротник, двумя руками, прижал к стене.

— Ты что творишь, — вскрикнула Татьяна Святославовна. — Немедленно отпусти его.

— Да, ладно, ба, пусть выпустит пар, — губы Ивана растянулись в ухмылке. — Вот он я. Бей.

Злость горела в пальцах, требуя выхода. Я редко дрался даже на льду, предпочитая все вопросы решать словами.