Песнь льда и огня. Книги 1-9

— Сегодня никто из нас не останется голодным, — проговорил Бронн. Он уже напоминал тень: тонкие и жестокие брови, черные глаза, черные волосы и щетинистая борода.

— Не говори обо всех, — сказал Тирион. — Я не люблю конину. А в особенности не люблю есть собственных лошадей.

— Мясо есть мясо. — Бронн пожал плечами. — Дотракийцы любят конину больше, чем говядину или свинину.

— Разве я похож на дотракийца? — кислым голосом спросил Тирион. Дотракийцы и в самом деле ели коней; еще они бросали больных детей свирепым псам, тянувшимся позади кхаласара. Дотракийские обычаи мало привлекали его.

Чигген отрезал тонкую полосу окровавленного мяса от туши и поднял перед ним.

— Хочешь попробовать, карлик?

— Мой брат Джейме подарил мне эту кобылу на двадцать третий день рождения, — проговорил Тирион ровным голосом.

— Тогда передай ему благодарность и от нас… если увидишь когда-нибудь. — Чигген ухмыльнулся и, показав желтые зубы, проглотил сырое мясо в два глотка. — Хорошая лошадка.

— Все равно лучше поджарить с луком, — вставил Бронн.

Не говоря более ни слова, Тирион похромал прочь. Холод глубоко угнездился в его костях, ноги болели так, что он едва мог ходить.

Быть может, повезло как раз мертвой кобыле. Его же ожидали долгие часы езды, потом несколько глотков пищи и короткий холодный сон на голой земле. Завтра будет то же самое, и послезавтра, и потом… только боги знают, когда это закончится.

— Проклятие, — пробормотал Тирион, с трудом продвигаясь по дороге, чтобы присоединиться к своим похитителям, и прибавил про себя: «Черт бы побрал и ее, и всех Старков!»

Воспоминание обжигало горечью. Только что он заказывал ужин, и в мгновение ока оказался перед полным залом вооруженных людей.

Джик потянулся за мечом, а жирная хозяйка гостиницы завопила:

— Только без мечей, только не здесь, прошу вас, милорды!

Тирион поспешно опустил руку Джика, прежде чем соперники получили повод изрубить их в куски.

— Ты забыл про учтивость, Джик? Наша добрая хозяйка просит обойтись без мечей. Сделаем, как она хочет…

Он изобразил улыбку, понимая, что она окажется неуклюжей.

— Вы совершаете прискорбную ошибку, леди Старк. Я не участвовал ни в каких нападениях на вашего сына.

Честью своей…

— Честью Ланнистера, — только и сказала она, поднимая вверх руки. — Шрамы эти оставил кинжал убийцы, которого ты послал, чтобы перерезать горло моему сыну.

Тирион ощутил вокруг себя гнев, густой и дымный, порезы на руках этой женщины прибавили ему силы.

— Убей-ка его, — прошипел из угла какой-то грязный оборванец. Новые голоса присоединились к этому предложению много скорее, чем он ожидал. Еще недавно дружелюбные незнакомцы, теперь они требовали его крови, словно несытые псы.