Песнь льда и огня. Книги 1-9

А какое вам дело до этого?

— Никакого… но если вы не оставите нас до завтрашнего вечера, я охотно отведу вас в тот бордель, который ваш Джори так безуспешно искал, — Мизинец улыбнулся, — и ничего не скажу леди Кейтилин.

Кейтилин

— Миледи, вам следовало заранее известить нас о вашем приезде, — сказал ей сир Доннел Уэйнвуд, пока их кони одолевали перевал. — Мы бы послали отряд навстречу. Высокогорная дорога теперь не настолько безопасна для столь маленького отряда, как в прошлые времена.

— К своему прискорбию, мы успели убедиться в этом, сир Доннел, — ответила Кейтилин.

Иногда ей казалось, что сердце ее обратилось в камень. Шестеро отважных мужчин погибли, чтобы она могла приехать сюда, а она не находила в себе слез для них и даже начала забывать их имена. — Горцы досаждали нам день и ночь. Мы потеряли троих в первом нападении и еще двоих во втором, слуга Ланнистера умер от лихорадки, после того как раны его воспалились. Когда мы увидели ваших людей, я уже решила, что приближается наш конец. — Она вспомнила, как их маленький отряд выстроился для последней отчаянной схватки — с клинками в руках, спинами к скале. Карлик еще точил край топора, отпуская какую-то едкую шутку, когда Бронн заметил на знамени приближавшихся всадников луну и сокола посреди небесной синевы и белизны стяга дома Аррена. Кейтилин еще не приводилось видеть более приятного зрелища.

— Кланы набрались храбрости после смерти лорда Джона, — проговорил сир Доннел, крепкий юноша лет двадцати, с честным и открытым лицом, широким носом и взлохмаченной густой каштановой шевелюрой. — Если бы это зависело от меня, то я бы повел в горы сотню человек и выкурил горцев из их крепостей.

После нескольких суровых уроков все было бы в порядке, но ваша сестра мне это запретила. Она даже не разрешила своим рыцарям отправиться на турнир в честь десницы. Она хочет, чтобы все наши мечи оставались дома и могли защитить Долину. Но от кого — этого не знает никто. Кое-кто уже говорит — от теней. — Он тревожно поглядел на Кейтилин. — Надеюсь, я не наговорил лишнего, миледи? Я не хотел вас обидеть.

— Откровенные речи не задевают меня, сир Доннел. — Кейтилин знала, кого боялась ее сестра. Не теней, а Ланнистеров, подумала она про себя, оглянувшись на карлика, ехавшего возле Бронна.

После смерти Чиггена они сдружились — словно два вора. Карлик оказался много хитрее, чем этого бы хотелось. Когда они въехали в горы, он был ее пленником, связанным и беспомощным. Кем же он сделался теперь? Тирион оставался пленником, но тем не менее ехал с кинжалом у пояса и с топором, привязанным к седлу, в плаще из кошачьей шкуры, выигранном в кости у певца, и в короткой кольчуге, которую Ланнистер снял с убитого Чиггена.