Песнь льда и огня. Книги 1-9

 — Если человек напугался или у него закружилась голова, он может слишком крепко вцепиться в животное. Мулы этого не любят.

— Я родилась в семье Талли и вышла замуж за Старка, — ответила Кейтилин. — Меня нелегко испугать. Ты зажжешь факел? — Ступеньки укрывал смоляной мрак.

Мия скривилась:

— Факелы слепят глаза. В такую ясную ночь довольно луны и звезд. Микель говорит, что у меня глаза совы. — Она поднялась в седло и послала мула на первую ступеньку. Животное Кейтилин последовало за ним самостоятельно.

— Ты уже упоминала Микеля, — сказала Кейтилин. Мулы ступали ровно и неторопливо, что, безусловно, успокаивало.

— Микель — это мой любимый, — объяснила Мия. — Микель Редфорд. Он сквайр сира Лина Корбрея. Мы поженимся, как только он станет рыцарем, — в следующем году или через год.

Она говорила, как Санса, такая радостная и невинная в своих мечтаниях. Кейтилин улыбнулась, но к улыбке ее подмешивалась печаль. Редфорды из Долины — род старинный; Кейтилин помнила, что в их жилах текла кровь Первых Людей. Вполне возможно, что этот Микель любит ее. Однако никто из Редфордов никогда не вступал в брак с бастардами.

Семья подыщет для него более подходящую пару — среди Корбреев, Уэйнвудов или Ройсов; быть может, найдется даже дочь еще более знатного рода за пределами Долины. И если Микель Редфорд когда-нибудь и ляжет в постель с этой девицей, то никак не с благословения его родителей.

Подъем оказался легче, чем предполагала Кейтилин. Деревья подступали близко, они наклонялись над тропой, образуя шелестящую зеленую кровлю, не пропускавшую сквозь себя даже лунный свет. Казалось, что они поднимаются по длинному черному коридору.

Но мулы ступали верно и не знали усталости, а Мия Стоун и впрямь была наделена глазами зверя. Они поднимались, тропа вилась по склону горы, туда и сюда поворачивали ступени. Густой ковер из опавших иголок укрывал землю, и подковы мулов глухо постукивали по скале. Тишина убаюкивала ее, и вскоре Кейтилин обнаружила, что едва справляется с мягкой дремой.

Должно быть, она все-таки уснула, потому что перед ними вдруг возникли массивные, окованные железом ворота.

— Каменный замок, — радостно объявила Мия, спускаясь с коня.

Поверху каменные стены были усажены железными остриями, над ними возвышались две округлые приземистые башни. Ворота распахнулись на голос Мии. Встретивший их рыцарь, распоряжавшийся в придворном замке, приветствовал Мию по имени и предложил им по ломтю жареного мяса с луком — горячему, прямо со сковородки. Кейтилин вдруг поняла, насколько она голодна. Она поела во дворе, пока конюхи переносили седла на свежих мулов. Горячий сок стекал по подбородку, капал на плащ, но голод заставил ее забыть обо всем.