Пленница

- А здесь у тебя была хорошая патронажная семья?

- Да, вполне.

Я уже поняла, что этот серьезный мужчина не ябедничает. Нормально и терпимо из его рта — это полная жопа.

- Понятно.

- Я любил свою первую по списку мать. Я ее не помню, только свои ощущения. Она была хорошей женщиной, - внезапно делится.

И прежде, чем я соображаю, как же его поощрить, Адам хмурится, делает движение головой, показывая, что не хочет рассказывать. И вообще, тема ему надоела. Достает мобильник, проверяет сообщения.

- Не знаю что там по боям, - быстро говорю я, - но в постели ты лучший.

- Ты ж никого больше не пробовала.

- И не хотела.

- Ой лиса, - усмехается. - Волшебная девочка.

Наша глаза встречаются, и я серьезнею.

- Это твоя жизнь, Адам, не нужно ее стесняться.

- Я не стесняюсь, - говорит он очень легко, будто и правда так думает. - Адекватно оценивать свои поступки и не искать им оправдания во что бы то ни стало - это нормально. Есть вещи, которые, вернуть время, я бы сделал иначе. Поэтому не хочу повторения.

- Ты бы ее не отпустил? Только честно.

- Я бы ее вообще не трогал.

Адам припарковывается на вип-стоянке у элитного клуба. Мы покидаем машину, заходим внутрь, где он здоровается за руку с главным администратором. После чего нас провожают за лучший стол.

Вежливые официанты приносят сет из фруктовых настоек и обалденный ужин. Всегда гадала, кто те бесстыже богатые люди, что приезжают в подобные заведения поесть? Я ощущаю жуткий голод и буквально набрасываюсь на еду.

Боже, в какой-то момент я ловлю себя на том, что Адам ест аккуратнее. И начинаю смеяться. Вот вам и чудовище детдомовское.

Закончив с ужином, Адам отправляет меня на танцпол. Где я расслабляюсь, двигаюсь под хиты модного диджея. Адам разговаривает с администратором и еще парой незнакомых мужчин, но за мной наблюдает.

Впрочем, если начистоту, мое веселье выходит отчаянным, каким-то надломленным. Прыжки на месте, махи руками. Я так рада, что здесь темно, и я могу перестать, наконец, улыбаться. Пятнадцатилетний парень! Подпольные бои! Боже. Пятнадцатилетний пацан!! В девятнадцать я сессию сдавала, а он уже карьеру завершил.

Но ужаснее всего то, что папа такие посещал регулярно. Это я знаю по обрывкам фраз, правда, я была уверена, что бойцы все как минимум совершеннолетние. Что это шоу, на подобии реслинга.

Меня начинает потряхивать. Я раньше об этом не задумывалась. Папа взял Адама на работу вышибалой после возвращения того из армии. Получается, они были каким-то образом знакомы до этого.

Черт. Черт. Что за человек мой отец? Что он, мать его, за монстр? Моя мамочка, моя любимая идеальная мамочка, за кого ты вышла замуж? Одно дело проиграть бабки в казино и свалить — это подло, трусливо, гадко, в конце концов! Не заслуживает ни сочувствия ни уважения.